Книга Сломай мой лед, страница 89 – Анна Эйч

Элли.

Нет, не Элли!

Черт, нет, н-е-е-т!

Но мой мозг уже нарисовал ее у плиты, готовящую какое-нибудь русское блюдо, которое я полюблю всей душой или на льду, строго ставящую наших детей на коньки, как профессиональный тренер. Она будет болеть за меня с трибун, а я по возможности встречать ее дома после тяжелого дня, скидывать ее убийственные шпильки и делать массаж ног, который плавно перетечет в стоны в спальне.

Где та кнопка что выключает наше воображение? Мне срочно нужно врезать по голове, чтобы прекратить мечтать о том, чего никогда не будет. Или будет? Как бы там ни было, сначала нужно начистить перья этому русскому павлину. Соколов не заслуживает и мизинца Элли, и если не я, то точно не он тот, кто ей нужен.

Картер.

— Стив, я не знаю, чего они хотят… мне… прекрати орать! Мне просто нужно… Дай мне сказать! – Антон эмоционально разговаривает по телефону, поэтому не замечает меня. В итоге он бросает трубку, не желая говорить с каким-то Стивом и достает ключ-карту из заднего кармана.

— Соколов! – окликаю я его и как только он поворачивается без предупреждения выбрасываю свой кулак прямо ему в лицо. Знаете, стало прям легче, такое чув…

Ответный удар разбивает мне губу.

— Как ты меня достал! – орет Соколов.

— Это взаимно, котик! – у меня получается увернуться от очередного удара, однако этот ублюдок повалил меня на пол и имеет преимущество. Я изворачиваюсь и у меня получается скрутить этого павлина на пару секунд.

— Zaebal! – что-то орет он мне, пытаясь выкрутиться из захвата.

— Я сделаю клубу и Элли одолжение, если уберу тебя! – валю его на пол и бью в лицо. – Ты ее не заслуживаешь! – ору и завожу руку для нового удара. Я бы не стал с ним драться если бы он просто принял удар, но этот кретин решил еще что-то ответить мне. Все мое нутро будто выворачивает от злости, кровь кипит, мышцы зудят. Клянусь, я могу его убить прямо здесь, да, только Элли этого не оценит, так я ее точно не добьюсь.

— Можно подумать ты заслуживаешь – он почти не бьет в ответ только отражает мои атаки.

— Я бы ее никогда не предал!

— Ты ее, мать твою, подставил! Забыл уже?

Мы орем на весь коридор, со всей мощи влетаем в то в одну, то в другую стену, у нас равные силы, поэтому просто калечим друг друга, не добиваясь никакого результата.

— Сука! Заткнись!

— Ублюдок!

— Гондон!

— Мразь!

— Картер, отцепись от него! – разъяренный голос Элли врезается между нашими идиотскими оскорблениями, ее тонкие пальчики впиваются в мои плечи, и я ослабеваю хватку, чтобы случайно не ударить ее от замаха. Заминкой пользуется Соколов и бьет меня в солнечное сплетение, от чего в моих легких резко заканчивается воздух, я на секунду теряю ориентацию и валюсь на пол как тряпичная кукла.

— Соколов! – слышу, как кричит моя Ведьма. Переживает… за меня переживает, не за павлина своего, за меня. Я не могу открыть глаз, но чувствую, как мои губы расплываются в блаженной улыбке, моя девочка, она здесь.

— Он первый начал. – фыркает Соколов.

— Тебе пять лет? – огрызается Элли.

— Ты его еще и защищать будешь?

— Я никого не защищаю.

Я чувствую ее аромат и понимаю, что она склонилась надо мной, ее теплые руки обхватывают мою голову и приподнимают с пола, чтобы проверить серьезность травм. Я с трудом разлепляю глаза и пытаюсь настроить фокус. Вот она, ее темные бездонные глаза осматривают мою челюсть, а нежные пальчики слегка касаются подбородка. Может мне это все кажется? И Соколов меня уже убил. Голова не соображает, я накрываю своей ладонью ее руку и ласково смотрю на нее.