Книга Дотла 2. Красная королева, страница 45 – Анна Эйч

— Ты беременна? – в его взгляде мелькает что-то, похожее на надежду, смешанную с изумлением.

Я машу головой из стороны в сторону, не в силах произнести вслух то, что собиралась. Пусть сам додумает… Время останавливается, а вместе с ним и моё дыхание. Что я наделала?

— О боже мой, ты… ты его…

Я соглашаюсь, выдавливая из себя слёзы, хоть плачу не от потери гипотетического ребёнка, а от осознания собственной ошибки. Я запуталась, погрязла с головой в бесконечных интригах и тайнах, без которых братья Куртовы, судя по всему, не могут жить.

— Иди сюда! – Дэн притягивает меня к себе, полностью поглощённый новостью. Его руки, которые раньше казались тёплыми, теперь лишь механически скользят вдоль моего позвоночника. Я вздрагиваю – не от мурашек, а от внутреннего отторжения, которое приходится скрывать. Он гладит меня по голове, просит прощение за то, что не сумел распознать причину моей боли, хоть и заметил перемену в настроении. Его губы – мягкие, почти благоговейные – касаются моих висков, лба, щёк, словно пытаясь исцелить невидимые раны.

Которые сам же и нанёс.

Он уносит меня в спальню и укладывает, как хрупкую драгоценность, на прохладные простыни и накрывает одеялом.

Перед глазами, как выжженное клеймо, стоят эти проклятые запонки – соитие луны и солнца, запечатлённое в серебре, от которых я бежала всю свою жизнь. Символ, который всегда будет отбрасывать удушающую тень на мою жизнь, загораживать будущее, о котором я так отчаянно мечтаю, напоминать о том, кто я и на какое мрачное наследство обречена с рождения.

Дэн, ошибочно решив, что я уснула, оставляет меня наедине с моими демонами. Сквозь полуопущенные ресницы я наблюдаю, как он тихо перемещается по квартире, звук его шагов затихает за дверью кабинета. Как только защёлкивается замок, я, словно преступница, тянусь к телефону. Пальцы, охваченные предательской дрожью, набирают короткое сообщение:

«Мне нужны доказательства»

Ответ приходит с молниеносной скоростью.

«Они у тебя будут»

Я закрываю глаза и почти мгновенно проваливаюсь в сон – что странно, ведь скорее всего завтра я потеряю свою жизнь окончательно. Мой шаткий мир снова рушится, беспощадно превращаясь в мелкий песок, который неумолимо просачивается сквозь пальцы и разлетается по ветру.

Кузнецова, это снова происходит, Куртовы уничтожают тебя в пепел.

Стас.

— Вика, это очень опасно!

Битый час я пытаюсь убедить рыжую бестию, что не могу взять её с собой на операцию в качестве второго шпиона, но упрямый блеск в её изумрудных глазах не оставляет сомнений – она не отступит.

— Я не поверю никаким видео или фото, только если увижу своими глазами! – со стальной решимостью отрезает она.

— Кузнецова, ты хоть понимаешь, что это за люди? – меня охватывает почти первобытный страх за неё, разливающийся холодом по венам.

— Да! И я еду с тобой!

В день, когда я всё же решил отступить, поняв, что не смогу до неё достучаться, она внезапно потребовала доказательств. Это могло означать лишь одно – Дэн прокололся. Мой идеальный брат, безупречный наёмник, лучший стратег клана – допустил ошибку. Как и тогда, когда изображал меня. Тяжело быть Стасом Куртовым, но ещё тяжелее глубоко увязнуть в мафии, продолжая играть роль добропорядочного клерка, ведущего размеренную жизнь обывателя.