Книга Дотла 2. Красная королева, страница 42 – Анна Эйч

— Ты должна была увидеть, – не отрицает, просто пораженно опускает глаза в пол. – Тебе ничего не угрожало.

— Зато тебе угрожает! – выплёвываю я с гневной решимостью. – Ещё раз тебя увижу, клянусь, я закричу, вызову полицию, сдам тебя как насильника и преследователя, инсценировавшего свою смерть, чтобы скрыться от правосудия!

— Ты этого не сделаешь, – ни одна мышца на лице Стаса не дрогнула, в голосе нет ни капли мольбы или страха. Он по-прежнему думает, что знает меня, читает как открытую книгу.

— Сделаю! Я больше не та влюблённая дурочка, готовая всё прощать. Исчезни из моей жизни, или пожалеешь!

— Я могу доказать… – продолжает он, но я его уже не слышу.

Стремительно направляюсь к выходу. Люстры-светлячки провожают меня тусклым свечением, отбрасывая причудливые тени. Стас не следует за мной – видимо, наконец-то уяснил, что я не собираюсь больше слушать его изощрённые сказки о страшном Денисе Куртове, который словно Кощей Бессмертный, не убиваемый злодей нашей истории.

Переполненная яростью, я буквально вылетаю из основного зала и стремительно иду к барной стойке. Прошу бармена налить мне рюмку водки и залпом выпиваю её. На вид безобидная жидкость мгновенно обжигает мои внутренности, прокатываясь огненным шаром от гортани до самого желудка. Но это именно то, что мне необходимо – нервы постепенно успокаиваются, в голове, на удивление, проясняется.

Если он сейчас ко мне подсядет и скажет хоть слово, клянусь, я воткну одиннадцатисантиметровую шпильку ему в глаз.

Эта пульсирующая мысль, наполняет меня мрачным удовлетворением. Но в ближайшие пять минут меня никто не тревожит. В этом зале совсем пусто – основная часть гостей на спектакле, и в поле зрения попадает только персонал ресторана, бесшумно скользящий между столиками, как призрачные тени.

Я должна обо всём рассказать Денису. Больше нет необходимости молчать – у его брата явные признаки помешательства. Стас одержим идеей, что все вокруг что-то скрывают. С чего я вообще решила, что он поведал мне правду о том, где пропадал эти два года? Кто знает, возможно, он до сих пор принимает наркотики и работает на Костенко или кого-либо ещё. Он не предоставил мне никаких неоспоримых доказательств, только искусно играл и манипулировал, виртуозно выдавая свои идеи за мои решения и догадки.

Он, черт возьми, снова залез мне в голову!

Я зарываюсь пальцами в волосы – жест отчаяния, который превращается в неосознанную попытку удержать разбегающиеся мысли – и показываю бармену повторить.

— Тяжёлый день? – спрашивает он, с профессиональной проницательностью считывая эмоции на моём лице.

— Тяжёлая жизнь, – грустно усмехнувшись, я осушаю ещё одну рюмку.

— Повторить?

— Нет, спасибо, я не настолько отчаявшаяся, – умудряюсь пошутить и обменяться с барменом дружелюбной улыбкой, которая, впрочем, не касается моих глаз.

Соскальзываю с высокого стула и направляюсь к гардеробу. Мобильный уведомляет о новом сообщении, и я неохотно тянусь проверить телефон.

«Малыш, я на месте, буду через минуту».

Поднимаю глаза от телефона и вижу Дэна, входящего в холл здания – его высокая фигура движется сквозь золотистый свет люстр, как сквозь сказочную дымку.

— Привет, – без улыбки приветствую его и кивком головы указываю в сторону гардероба.