Книга Дотла, страница 55 – Анна Эйч

— Не захочу, расслабься… ― прошептал я, не прекращая чередовать облизывания её кожи с чуть ощутимыми поцелуями. ― Сегодня твой оргазм ― мой приоритет.

Ещё пара касаний и я добавляю пальцы.

— Чёрт возьми, да он всегда будет моим приоритетом, Кузнечик!

Дальше я не помнил себя. Её стоны заставили меня обхватить свой член и сжать его до одури, пока мой рот вырисовывал восьмёрки у неё на лобке, а пальцы мягко проникали в мягкое лоно между её ног, готовя к будущим постельным экспериментам. В какой-то момент она пискнула и сжала мои темные простыни. Это картина навсегда останется у меня в памяти: её изящные пальчики, врезающиеся в постель, соблазнительная нежная кожа и контрастные красно-рыжие волосы, путающиеся в волнах лёгкой ткани. Это и есть оргазм. Я могу кончить, просто наблюдая за тем, как она, будто сочный грейпфрут, утопает в шоколадном шёлке.

— Ста-а-с, это… это так… ― она извивалась на кровати и начала отталкивать меня, но я не позволяю ― продолжаю свою пытку, ускоряя движение рукой по своему каменному стояку.

— А-а-й! ― её тело делает ещё пару финальных импульсов, и это знак мне, что можно дать волю своему телу, высвободив свою энергию прямо на простыни.

Я упал на спину рядом с ней и повернул голову. Я любуюсь её идеальным профилем. Она часто дышит, пытаясь осознать, что произошло. Начинаю ловить ртом раскиданные локоны ― от них веяло приятным фруктовым ароматом.

— Грейпфрут. — произнёс я тихо, не отрывая от неё глаз, перебирая при этом локон губами.

— Что? ― она повернула ко мне голову и удивленно рассмеялась. ― Ты решил позавтракать моими волосами?

— Я решил позавтракать тобой, теперь ты ― мой любимый деликатес.

— Так что значит, грейпфрут?

— Ты как грейпфрут: такая же сочная, сладкая, но не приторная, с лёгкой горчинкой. И такая же яркая, красная, словно огонь.

— Вообще-то, рыжая.

— Рыжая, но не как апельсин, а как… ну говорю же, как грейпфрут.

Она снова рассмеялась, и этот звук отдавался приятной вибрацией в моём сердце. Я сгрёб её в охапку и лихорадочно зарылся в эти потрясающие языки пламени.

— Мне нужно собираться, Ста-а-с.

— Никуда не пущу, — пробубнил я ей в затылок, поглаживая плоский животик.

Кузнечик какое-то время игриво вырывалась, но потом сдалась, потому что я держал её мёртвой хваткой, приговаривая, что сопротивление бесполезно. Конечно, я отпущу её на пары, тем более, когда для неё это так важно. Но, святые небеса, как же с ней хорошо! Я хочу любить её, хочу просыпаться с ней, всего хочу и… и не хочу ждать. Мы замерли, не смеёмся ― я просто обнимаю и слушаю сбивчивое дыхание, продолжая водить губами по её шее. А она, задумавшись, тихо произнесла:

— Я сейчас… такая счастливая, знаешь?

Счастливая. И снова она вручает мне что-то ценное и очень хрупкое. Зачем? Зачем, Малыш, ты это делаешь? Я не сохраню, не оценю ― просто разобью и уйду, не оглянувшись, потому что иначе ты можешь пострадать. Так пусть лучше будет разбито сердце, ведь с ним можно жить, его можно спасти.

— Мне тоже хорошо с тобой, ― прошептал я, принимая всё, что она мне даёт, как последний эгоист, наслаждаясь тем недолгим временем, что нам осталось.

* * *

Кузнечик наотрез отказалась, чтобы я отвёз её в университет. Сказала, что ей нужно всё обдумать и прийти в себя. Я не возражал: пусть подумает. Надеюсь, она поймёт, с каким мудаком связалась, и бросит меня раньше, чем на это решусь я.