Книга Измена. Яд между нами, страница 91 – Марта Роми

— Иди уже, отдыхай, — ворчит госпожа Ядова. — Я тоже сейчас пойду прилягу. Еще надо Глафире позвонить, а то она меня, наверное, потеряла.

Я вхожу в комнату Германа, ложусь на его постель и вдыхаю его запах. Сейчас я жалею, что не сказала ему о своих чувствах. Потому что не уверена смогу ли я сказать это, когда он придет в себя. Ну, ладно. Поживем — увидим. Я проваливаюсь в сон, оглушенная отходняком от пережитого стресса.

Вечером мы всей честной компанией направляемся в больницу. Германа уже перевели в обычную палату, но врач сказал, что пустить может только кого-то одного.

— Девочка, иди ты, — уверенно говорит Рая. — Стара я уже для сидения в больничных палатах. Да и тебе он обрадуется больше.

Владислав Викторович и Коля утвердительно машут головами, соглашаясь со словами Раи.

Я тихо вхожу в палату и останавливаюсь возле двери. Герман лежит на кровати, слегка истощенный, но улыбка не сходит с его лица, когда он видит меня. Я подхожу к кровати и обнимаю его в теплом приветствии. Чувствую, как его руки нежно обвивают мое тело, и ощущаю смесь облегчения и тревоги, видя его в таком состоянии. Я нежно провожу по его исхудавшей щеке рукой, радуясь, что ему уже значительно лучше.

— Ты как? — тихо спрашиваю я, присаживаясь на край кровати и беря его руку в свою. — Я так волновалась.

— Все нормально, — Ядов продолжает улыбаться, глядя на меня. — Тем более что ты рядом.

— Там в коридоре еще Рая, Влад и Коля, — мне так хочется, чтобы он знал насколько он всем дорог. — Только пустили одну меня.

— Вот и хорошо, — Герман пытается пошевелиться, но на лице сразу же возникает гримаса боли.

— Что? — взволнованно спрашиваю я, вскакивая с кровати. — Доктора позвать?

— Да сядь ты уже, — хрипло говорит мужчина. — Для меня ты лучший доктор и лучшее лекарство. Наклонись, что-то сказать хочу.

Я быстро наклоняюсь готовая выслушать любую просьбу. Но этот несносный пациент обхватывает мой затылок рукой и притягивает к себе. Его горячие сухие губы нежно прикасаются к моим. От этого прикосновения у меня ком становится в горле. Я отвечаю на его поцелуй и сразу отстраняюсь.

— Ядов, ты сумасшедший, — выдыхаю я, счастливо улыбаясь.

— Ну вот мне сразу стало легче, — сдавленно смеется он, не выпуская мою руку.

— Я хотела сказать тебе спасибо, — тихо говорю я, опустив глаза. — Это же из-за меня ты сейчас лежишь на больничной койке.

— Я предпочитаю, чтобы ты меня по-другому благодарила, — ухмыляется Герман. — Но пока я в таком немощном состоянии придется довольствоваться просто словами.

Я шутливо ударяю по руке и вижу, как на его лицо снова набегает тень.

— Прости, прости, прости, — говорю я быстро. — Больно.

— Нормально, — уже серьезно говорит Герман. — Где Женька?

— Его забрали службы опеки, но Влад над этим вопросом работает, — я тоже перехожу на серьезный тон. — Тем более, завтра уже будут готовы результаты теста, и тогда мы сможем забрать его домой.

— Как он?

— Он в шоке, немного заикается, но с ним работают психологи. Прогнозы хорошие, а когда мы его заберем его домой, все сразу наладится.

— Это же какой надо быть идиоткой, чтобы начать стрелять в присутствии собственного ребенка? — возмущенно говорит Ядов.

— Давай не будем о ней, — я наклоняюсь и легко прикасаюсь к его губам, и он снова расплывается в довольной улыбке. — Меня завтра следователь вызывает. Смогу прийти только вечером. Будешь скучать?