Книга Измена. Яд между нами, страница 92 – Марта Роми

— Я уже скучаю, — он грустно смотрит на меня, а потом тихо говорит: — Я так испугался за тебя и так хочу быть рядом. Все время хочу быть рядом.

— Герман, у нас все впереди, — ободряюще улыбаюсь я. — У нас все впереди, только поправляйся поскорее. Я этого очень жду, чтобы благодарить тебя и благодарить.

— Значит, завтра я уже буду дома, — смеется Ядов.

— Только попробуй, — я грожу ему пальцем. — Пока полностью не восстановишься, о благодарности можешь забыть. Ну все я пошла, отдыхай.

— А поцелуй? — капризно дует губы Герман.

Я возвращаюсь, чмокаю его в щеку и выхожу, столкнувшись на пороге с медсестрой, которая пришла сделать укол и измерить температуру.

Покинув палату, я натыкаюсь на взволнованные взгляды друзей, которые ждут меня в коридоре. Видя мою грустную мимику, Рая сжимает мою руку и шепчет мне слова поддержки.

— Яночка, вместе вы сможете преодолеть любые трудности, — она ободряюще сжимает мою руку. — Только ты его не бросай.

— Как он? — спрашивает Влад, заглядывая мне в глаза.

— Шутит уже. Только слабый и такой бледный, — вздыхаю я. — Но настроено по-боевому.

— Мы Ядовы такие, — гордо говорит Рая. — Так, давайте уже покинем больничные стены, а то мне как-то не по себе здесь.

Мы также дружно покидаем больницу. Коля везет меня в дом Германа, который стал мне уже родным, а Владислав Викторович вызвался сопроводить Раю до дома.

Уже выходя из машины, я поворачиваюсь к Коле со словами:

— Мне завтра к следователю. Отвезешь?

— Да, Яна Евгеньевна. Во сколько будем выезжать?

— В девять. Еще и к Герману заедем.

Я вхожу в дом и сразу направляюсь на кухню. Почему-то после всех этих переживаний на меня нападает сумасшедший жор. Открыв холодильник, выставляю на стол, все, что там есть. Кажется, что я готова съесть слона. Быстро покидав в топку продукты питания, я отправляюсь в спальню и валюсь спать. Завтра меня ждет тяжелый день.

Утренний сюрприз Герману удался на славу. Он был настолько рад моему приезду, что готов был буквально вскочить с кровати и бежать домой. Хорошо, что доктор оказался рядом и охладил его пыл. Я, сказав, что приеду вечером с новостями, уехала в полицию.

Бесконечные вопросы, которые задавал следователь, выжали меня до нитки. Но я нашла в себе силы попросить, чтобы мне разрешили свидание с сестрой.

— У нее, кроме меня и сына никого нет, — говорю я мужчине, который непонимающе на меня смотрит. — Я хочу с ней поговорить.

— Хорошо, — наконец-то, соглашается представитель закона. — Я выпишу вам разрешение на встречу.

Я еду в ИВС, сжимая в руке разрешение. Еще не знаю, что спрошу у нее и о чем хочу сказать. Но я уверена, что эта встреча нужна нам обеим.

Серые стены комнаты, давят на меня, подчеркивая атмосферу безысходности. Я одиноко сижу и разглядываю руки, ожидая, когда приведут Анну. Железный лязг двери заставляет вздрогнуть меня и повернуться в ее сторону.

Анну вводит конвойный. Пристегивает ее руки к столу наручниками и выходит из комнаты. Мы сидим молча, не зная с чего начать наш разговор.

— Зачем ты пришла? — Анна нарушает затянувшуюся тишину. — Что тебе надо?

— Ань, я поговорить пришла, — я смотрю ей прямо в глаза. — Я понимаю, что ты обижена на меня. Хотя моя мама вышла замуж за нашего отца, когда твоя его бросила в поисках лучшей жизни. Поэтому твоя ненависть ко мне совершенно не обоснована. Но чем тебе не угодили родители Германа? Они плохо к тебе относились?