Книга В ловушке времени, страница 113 – Нина Ахминеева

И прежде бывшее невозмутимым лицо барона превратилось в каменную маску.

— Елизавета Олеговна, смею вас заверить, что ваша тайна навсегда останется со мной. Можете не волноваться по этому поводу. Мне пора. С вашего позволения, — Константин развернулся и широким шагом пошел в сторону калитки.

Не шелохнувшись, я смотрела ему в спину.

Я его оскорбила. Он сейчас уйдет — и все…

Сердце тревожно сжалось. А через миг я сорвалась с места и рванула за удаляющимся мужчиной. Нагнав его почти у самого выхода, схватила за запястье. Он мучительно медленно повернулся.

— Не уходи. Пожалуйста. Ты мне очень дорог, — выдохнула я на грани слышимости.

А после обвила его шею руками и неумело поцеловала. Он стоял неподвижно, как статуя. Осознав, насколько глупо себя веду, я ощутила накатывающую волну стыда и отпрянула. И в этот же миг Костя крепко-крепко прижал меня к себе и ответил на поцелуй так, что ноги подкосились.

— Больше никогда таких гадостей про меня не думай, — прошептал он мне прямо в губы.

Я хотела заверить, что не стану, но он не позволил сказать ни слова. Его губы снова накрыли мои. Мир поплыл, время остановилось. Костины сильные руки скользили по спине, зарывались в волосы. Было так хорошо, так сладко, что душа пела.

— Выходи за меня, — теплое дыхание Кости коснулось уха.

Что?

Ошалев от крышесносных ласк, я потерянно хлопала ресницами. Прижимая меня к себе одной рукой, Константин достал из кармана брюк бархатную коробочку. Небрежно откинув ее куда-то в кусты, надел мне кольцо на безымянный палец:

— Елизавета Олеговна, я предлагаю вам свою руку и сердце, — он усмехнулся, вновь крепко-крепко прижал к себе и тихо добавил: — Отказ не принимается, любовь моя.

Так я и не собиралась…

Уткнулась лицом в его грудь, пряча глупую от счастья улыбку. И неожиданно поняла: теперь я под защитой.

— Чудо ты мое. Все нервы уже истрепала. И себе, и мне, — пожаловался непонятно кому Краснов, ни на мгновение не выпуская меня из объятий.

Самым наглым образом наслаждаясь запахом своего будущего мужа, я неожиданно вспомнила о том, что еще не спросила:

— Как ты сумел вернуть нас так далеко в прошлое?

— В пансионате есть подсобки волшебные, — отшутился Костя.

Под ложечкой засосало. Отстранившись, строго посмотрела на Краснова. В этот момент в кармане завибрировал телефон. Достав его, взглянула на экран: звонили из клиники. Рука дрогнула, дребезжащая коробочка едва не выпала из ослабевших пальцев.

— Я отвечу, — Константин уверенно забрал у меня мобильный.

Отойдя подальше, он принял вызов. До меня долетали лишь обрывки фраз, но и так все стало понятно. В ушах тонко зазвенело; затошнило. Я зажмурилась.

Сильная мужская ладонь легла на талию. Прижав меня к себе, Костя негромко сообщил:

— Семь минут назад скончался граф Терехов. После того как ушел посетитель — барон Бабичев — у твоего отца случился сердечный приступ, ставший фатальным.

Судорожно вздохнув, я беззвучно заплакала. Возможно, другая на моем месте не стала бы скорбеть о таком отце. Но мне было плохо. Очень плохо.

Поглаживая меня по подрагивающим плечам, Константин негромко, но уверенно сказал:

— Мы с тобой оба хотим настоящую семью. У нас она такая и будет. Обещаю.

Эпилог

Прошло пять лет. Москва. Барон Краснов

Осень раскрасила в яркие краски листву деревьев. Рассматривая принарядившуюся столицу через стекло роскошного представительского седана, Константин Александрович тихонько сожалел о том времени, когда мог поехать куда угодно и когда вздумается, а главное — без надоевшей до оскомины охраны.