Книга В ловушке времени, страница 73 – Нина Ахминеева

Барон Краснов

Прежде Константин никому не рассказывал, как и почему погибла его семья. Парадокс — он больше четырех лет носил это знание в себе, а открыл душу не близкому человеку, а дочери врага. Казалось бы, с чего ему откровенничать с этой девушкой? Причина была — и довольно веская.

Еще тогда в машине, когда Елизавета Терехова спросила, что же именно сделал ее отец, Краснов вдруг осознал: сохраняя молчание, он ничего не добьется. Лиза продолжит гнуть свою линию, и срок их заключения во временной петле растянется бог знает насколько. Они — как два упертых барана столкнулись на мосту, не давая друг другу пройти.

Решение проблемы лежало на поверхности. Безусловно, его слова причинили Лизе страдания. Но она ведь сама хотела знать правду, не так ли? Говоря девушке все как есть, Константин был уверен, что поступает правильно. Однако сейчас, когда в кабинете повисло молчание, Костя внезапно почувствовал себя… сволочью.

«Я все делаю верно. Этот гад должен быть наказан. Лиза — девушка сильная, выдержит. И с её пацанами в интернате ничего страшного не произойдет. Я же как-то выучился!» — нервничая и из-за этого начиная сердиться, Краснов взъерошил волосы на затылке.

Пройдясь по кабинету, он опустился в рабочее кресло. Глянув на юную графиню, озадаченно хмыкнул. Если прежде на её лице бушевали эмоции, то теперь она их полностью контролировала. Ну или удачно изображала невозмутимость.

Внезапно Елизавета огорошила вопросом:

— Скажите, а что произойдет после разрыва временной петли? В каком времени мы окажемся?

— За три минуты до гибели владельца артефакта, — на автомате ответил Краснов. Сосредоточившись, предупредил: — Но даже если я прямо сейчас начну работать с рунами, то ни завтра, ни послезавтра из ловушки времени мы не выберемся. Извините за тавтологию, но мне требуется время. Сколько — не знаю.

Не сводя с Краснова непонятного взгляда, девушка ровным тоном заметила:

— Мне нет никакого смысла вас торопить, — помолчав, она грустно улыбнулась: — Наши с вами семьи сложно назвать нормальными. Я пыталась всеми правдами и неправдами заслужить внимание отца, которому была вовсе не нужна. Вы долгие годы идеализировали родителей и сестру, при этом практически их не знали. По факту и я, и вы жили в мире собственных иллюзий. Реальность, увы, оказалась совсем другой. И все же… Я не понимаю замужних женщин, ищущих утешения в объятиях чужого мужчины. Не понимаю девушек, которые дружат телами со стариками. Не знаю, как для вас, но для меня адюльтер и внебрачные связи абсолютно не приемлемы… — она запнулась, как если бы подбирала подходящие слова. — Это как человеку, мучающемуся животом, пить зловонную жижу из болота в надежде, что диарея мгновенно пройдет.

Брови Краснова сошлись к переносице:

— Для чего вы мне это говорите? Неужели после всего, что я вам сказал, собираетесь защищать своего отца?

— Отнюдь, — обронила Лиза и покачала головой. — Искренне признательна вам за откровенность. В рассказе духа кое-что показалось мне странным. Мы же никуда не спешим, да? Поможете разобраться? Раз выдался шанс прямо сейчас и навсегда закрыть эту тему, то к чему откладывать?

Ощущая легкую дрожь в желудке, Краснов откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди, неосознанно принимая оборонительную позу.