Книга Интерн Василиса, страница 76 – Эвелина Волконская

— А чем кухня плоха? — возразил крыс.

— Я тут комнату только снимаю, мало ли соседи вас увидят, — пояснила девушка, кивая на другие двери.

Словно в подтверждение её словам, в соседней спальне зашаркали.

— Не хватало ещё бабке инфаркта, — шикнула Василиса, — погнали ко мне!

Гато, озираясь, первым юркнул в комнату. Не считая стычки за печенье, переводчик держался тихо, стараясь быть незаметным.

— Гато, забирайся к нам, ты чего — предложила Василиса, когда они с Чимчегрызом уютно устроились на её кровати.

Кошак неуверенно вышел из-за ножки стола, огляделся.

— Спасибо, что вы…. мне и тут неплохо! Я к роскоши непривыкший! — запричитал Гато, вжимая голову в плечи. — Мне и печенья хватит, — кошак кивнул на крошки рядом с собой, — благодарю, что приютили!

— Гато, тебя здесь никто не обидит! — Василиса спрыгнула с кровати и села на корточки рядом с гостем.

Едва Василиса приблизилась, тот сжался сильнее, будто ожидая удара. Василиса помрачнела, увидев, как Гато сдавливают плотные волны страха и беспомощности. Переводчик привык раболепствовать перед крысиным обществом ради самосохранения, а привычка — вторая натура.

Девушке до слез стало жалко бедного кота. Конечно, и тут он себя чувствовал в уязвленной позиции, в которой покорность — залог выживания. Только она — не крыса. Никто тут не крыса. Кроме разве что Чимчегрыза, но он отличался от встреченных ею грызунов. Что-то в нём было такое, бунтарское что ли. Видимо, его излишняя независимость и стала одной из причин постоянных судов над ним.

Василиса осторожно протянула открытую ладонь к Гато и коснулась его плеча. Кошак вздрогнул.

— Послушай меня, пожалуйста, малыш…

— Я не… не… — начал было переводчик, но тут же затих.

Конечно, Гато малышом не был. Василиса вернулась к прежнему размеру, и теперь худенький потрепанный кот казался ей совсем крохой, которого хотелось поддержать, накормить и обогреть. Да и рядом с её обычными, не магическими, упитанными питомцами, Гато казался зашуганным приёмышем. Словно прочитав её мысли, на пороге комнаты ободряюще мяукнула Беляш. Теперь, находясь рядом с хозяйкой, в родных стенах, а не крысиной клетке, сытая кошка была спокойна. На Гато ни она, ни Маршалл не кидались. Лишь с интересом и даже, наверное, небольшой жалостью рассматривали пришельца. Чимчегрыз, в отличие от Марка, почему-то тоже не привлекал особого внимания питомцев.

— Я просто хочу сказать, что тебе здесь ничего не угрожает. И я хотела бы тебе помочь, если позволишь…

— Эй, как там тебя? Перро! — Донеслось чавкающее с кровати. — Ты будешь бутерброд или я доедаю?

Василиса оглянулась на кровать. Там довольный Чимчегрыз, оперевшись о стену, облизывал пальцы на передних лапах. Второй бутерброд лежал на тарелке в опасной близости к крысу. С изголовья кровати на закуску (или крыса?) с интересом посматривал Маршалл.

— Так не пойдет, Чим! Оставь угощение Гато, он такой же гость, как и ты! — нахмурилась Василиса.

Крыс молча проглотил новое прозвище и продолжил приводить лапы в порядок. Маршалл, увидев строгий взгляд хозяйки, резко начал вылизывать хвост, будто и не планировал только что рейдерский захват бутерброда.

— Держи, — Василиса схватила тарелку с кровати и предложила Гато.

Кошак неуверенно протянул лапу к закуске.