Книга Дракон опоздал!, страница 120 – Виктор Громов

Хелвик вмешался:

— Именно. Обычное финансовое урегулирование.

Ориан перевернул следующий лист.

— Нет.

Одно слово прозвучало спокойнее любой ссоры.

— В семейной переписке говорится и о другом условии.

Я перевела взгляд на него. Этого в нашем вечернем разговоре не было.

— Каком? — спросил окружной представитель.

Ориан провёл пальцем по строке.

— Дом обязался не требовать публичного раскрытия причин закрытия Семи Источников и не добиваться независимого расследования действий комиссии.

В салоне стало значительно тише. Хелвик медленно повернул голову.

— Это внутренняя трактовка вашего отца.

— Это письмо моего отца его поверенному.

— Не официальный документ.

— Поэтому я называю его семейной перепиской, а не решением Совета.

— Тогда будьте точны.

— Я точен.

Ориан посмотрел на окружного чиновника.

— Дом Вальтов получил выгоду от того, что история Семи Источников осталась закрытой.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, насколько далеко он зашёл. Не «мой отец ошибся». Не «мы ничего не знали». Не попытка перенести всё на предыдущие поколения. Дом Вальтов получил выгоду. Он говорил о собственном роде так, как люди его положения почти никогда не говорят при свидетелях.

— Вы понимаете, — спросил Хелвик, — что после такого заявления любая комиссия получит основание проверить не только старые выплаты, но и нынешние договорённости вашего дома?

— Да.

— Земельные согласования.

— Да.

— Торговые разрешения.

— Да.

— Политические обязательства.

Ориан кивнул.

— Именно поэтому я сегодня прекратил действующее соглашение дома Вальтов о поддержке расширения полномочий вашей комиссии.

Кто-то из гостей негромко ахнул. Хелвик впервые за всё время изменился заметно. Не потерял самообладание, но пальцы его руки легли на стол иначе.

— У вас не было полномочий единолично расторгать все договорённости дома.

— Я не сказал «все».

— Вы прекрасно понимаете, о чём я.

— Понимаю.

— Тогда понимаете и то, сколько потеряет ваш дом.

Ориан взглянул на него почти устало.

— Понимаю лучше, чем неделю назад.

— И делаете это ради бывшей жены?

Вот она. Попытка вернуть разговор туда, где его проще обесценить. Обиженный мужчина. Брошенная женщина. Ревность. Личная история вместо документов. Ориан даже не посмотрел на меня.

— Нет. Я делаю это потому, что мой дом двенадцать лет пользовался последствиями решения, о котором я сам знал меньше, чем должен был. А несколько дней назад, когда Лавена попросила меня разобраться, я обнаружил, что продолжаю поддерживать человека, который строит нынешние действия на той же закрытости.

Я почувствовала странную тяжесть в груди. Когда-то прежняя Лавена ждала, что Ориан выберет её. Сейчас он впервые по-настоящему выбирал что-то правильное, не зная, получит ли за это хоть что-нибудь. И именно поэтому мне было легко уважать его поступок. Но любви не вернулось. Даже её слабого прежнего следа. Это оказалось важнее, чем я ожидала. Можно признать, что человек изменился, и не обязаться вернуться к нему в награду.

— Внесите всё, — сказал Ориан окружному представителю. — И приложите копии.

— Ориан, — Хелвик произнёс его имя почти мягко, — вы пожалеете об этом.

— Возможно.

— Ваш отец точно пожалеет.

Ориан чуть усмехнулся.

— Вот это почти наверняка.

Брина у двери кашлянула. Кажется, даже она оценила. Хелвик откинулся на спинку кресла.