Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 106 – Кейли Смит

Роуин недоуменно поднял плечи, мягко, но решительно убрал ее руки от спутанных прядей и пробормотал:

— Получила в плечо магический кинжал и едва не истекла кровью – ни слезинки. Чуть не съели пираньи – ни слезинки. Но несколько колтунов в волосах – и…

— Тебе легко говорить – ты просыпаешься каждое утро и выглядишь вот так, – фыркнула она, резко к нему повернувшись.

Он приподнял бровь, на губах заиграла насмешливая улыбка.

— Так – это как?

Слезы начали уходить, уступая место раздражению.

— Ты прекрасно знаешь, как. Я не собираюсь стоять здесь и вещать о твоей привлекательности – ты и так все прекрасно знаешь.

— О привлекательности – да.

Он кивнул, положил руки ей на плечи и развернул к закрытому полотенцем зеркалу. Выдвинул ящик туалетного столика и достал гребень с частыми зубцами. От его слов – и скрытого в них намека – по ее коже пробежали мурашки, а злость лишь усилилась.

— Было бы ужасно, если бы мне действительно нравилось общество моего мужа, правда? – с сарказмом спросила она и затаила дыхание, дожидаясь его реакции.

Возможно, дело было в том, что она едва не умерла. Или в удовольствии, которое он подарил ей после, – в крови до сих пор пульсировал адреналин. Но одно Женевьева знала наверняка: рядом с ним она что-то чувствовала – и не только из-за того, что он греховно красив.

— Стой спокойно, – сказал он. – И да, было бы ужасно. По множеству причин. Мы играем в игру, Женевьева.

Она снова повернулась к нему, и вдруг из ниоткуда выскочили тени, обвили запястья и талию и прижали ее к столешнице. Роуин навис над ней с раздраженным видом.

— Хватит дергаться, иначе сделаешь хуже, – потребовал он.

Она попыталась вырваться из хватки теней, но те не дрогнули.

— Черт возьми, проблема. Что случилось? Твое настроение изменилось еще в постели – что произошло? Что я сделал?

— Ничего, – выдохнула она. Слова застревали в горле. – Ты был… есть… проклятье. Я даже не знаю, в какой момент ты стал… сносным, но я это ненавижу. Я же говорила тебе, я не подхожу для подобных историй. Я не умею притворяться. Не могу делать вид, будто ты не подарил мне величайшее наслаждение в моей жизни – ой, хватит ухмыляться. – Она сердито глянула на него, когда он попытался скрыть улыбку, кашлянув в кулак. – Этот брак должен был стать игрой, но я чувствую себя пешкой, а не игроком.

— Что от меня нужно? – спросил он серьезно. – Скажи – и я сделаю.

Она сглотнула. Его пристальный взгляд, его близость, странная вибрация его теней, сжимающих ее тело, – все мешало собраться с мыслями.

— Я сказал, ты можешь попросить что угодно. Почему ты молчишь? – тихо спросил он.

— Думаю, нам следует избегать близости, – прошептала она. – Я не уверена, что смогу…

«С этим справиться», – хотела продолжить Женевьева, но в памяти всплыло предложение Нокса, и она подумала: возможно, нужно просто иначе взглянуть на ситуацию.

— Дальше мы будем действовать исключительно напоказ, – решила она. – Никаких благодарностей друг другу, если только не на публику. Когда ко мне заявился Нокс – перед тем, как Грейв пытался прикончить меня в библиотеке, – он сделал предложение: продемонстрировать зрителям немного пикантности. Так что раз уж ты собрался испортить мои впечатления от будущих любовников, хочу кое-что взамен. Хочу стать фаворитом.