Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 111 – Кейли Смит

— Мы устроили достаточно представлений в первых двух раундах. Думаю, пора передохнуть, – сказал Роуин, когда Женевьева обратила внимание на этот маленький нюанс.

Женевьева села за стол рядом с ним, напротив очень веселого Севина. Прежде чем Севин успел пошутить насчет сцены, которую прервал в коридоре, появился Реми и сразу привлек всеобщее внимание. Реми не удалось никого устранить в свой раунд, и по-видимому, это обрекало его на насмешки до конца вечера. Судя по его виду, он предпочел бы оказаться где угодно еще, но все же остался на месте – как можно дальше от Роуина.

Последним подтянулся Ковин, и когда все собрались, торжество наконец началось. Наверное, неудивительно, но традиции празднования дней рождения у Сильверов оказались весьма хаотичны.

— Разве не я решаю, как праздновать? – спросила Женевьева, когда остальные начали спорить, с чего на- чать.

— Если ты стала Сильвером, дорогая, привыкай: дни рождения – дело семейное, – объяснил Севин. – Мы празднуем каждый, как собственный.

Она скрестила руки на груди.

— Почему?

— Потому что иначе кто-нибудь закатит истерику и выпустит стаю адских гончих, – сказал Роуин, бросая выразительный взгляд на Севина и Ковина. – Проще позволить им делать что вздумается.

Она вздохнула.

— Ладно. С чего начнем?

Начали с праздничной ветчины.

Чтобы выбрать достойного чести ее нарезать, все выстроились вокруг стола и передавали друг другу огромный кусок свинины, словно играя в горячую картошку, пока не остался только Ковин. Женевьева выбыла после первого раунда, когда выронила ее – вызвав множество вздохов, – потому что не хотела пахнуть ветчиной весь оставшийся вечер. Есть ветчину она тоже отказалась – она же уронила ее на пол. Ну в самом деле!..

После ужина – довольно неплохого, хотя Женевьева сильно скучала по гамбо своей матери – появился Баррингтон, который держал в руках маленькую коробочку с розовым бантом.

— Дети, – поприветствовал он остальных, кивнул Женевьеве и протянул подарок. – Всего лишь шоколад. Любимые конфеты твоей матери. С днем рождения, дорогая девочка. Хотя должен признать – время твоего рождения создает для меня неудобства.

— Почему? – поинтересовалась она, откладывая подарок в сторону и стараясь не думать, что это любимые сладости ее матери.

— Потому что, когда мы празднуем дни рождения, отец всегда получает нож в спину в качестве подарка для всех нас, – объяснил Ковин, и Баррингтон напрягся. – Ты теперь Сильвер. Так что твой день рождения тоже считается.

Женевьева собиралась уточнить, шутит ли Ковин, когда из кухни появился Грейв с семью большими ножами в руках.

— Черт, – выдохнула она, а Роуин сдерживал улыбку, наблюдая за ее изумлением.

— Итак, кто расскажет лучший секрет, тот будет первым, – объявил Севин. – Гарет Серпентайн сделал Эллин предложение на маскараде.

Эллин покраснела – все повернулись к ней.

— Севингтон Сильвер, ты чертов сплетник. Кто тебе сказал? – воскликнула она.

Севин ухмыльнулся:

— Я не раскрываю свои источники.

— Наша младшая сестренка выходит замуж! – Ковин поднял бокал с вином.

— Идиот, я не сказала «да», – фыркнула Эллин.

— Почему? Серпентайны – один из самых могущественных кланов демонов в аду, – вставил Реми, прислонившись к стене. – Если выйдешь за одного из них, в следующем году сможешь попробовать лазейку.