Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 44 – Кейли Смит

— В какой, к черту, нашей спальне? – возмутилась Женевьева, повысив голос.

Роуин подскочил и зажал ее рот ладонью, но она оттолкнула его, бросив испепеляющий взгляд.

— Осторожнее, – мрачно предупредила она. – Я кусаюсь.

Он прищурился.

— Да, я в курсе. – Тем не менее он подошел ближе. – Умоляю, разговаривай тише. Нокс сейчас в аду с моим отцом, но, скорее всего, сегодня вечером он будет бродить по дому – обсуждать детали маскарада. Так что, если совместное проживание задевает твои деликатные чувства, тебе нужно немедленно это преодолеть.

Женевьева фыркнула. Дело не в деликатных чувствах. Она просто не хотела находиться в пределах чьей-либо слышимости, пока спит. Ее и без того терзают кошмары, не хватало еще свидетелей.

Она задрала нос.

— Нет.

Его золотые глаза потемнели.

— Но я и не спрашивал. Не заставляй меня снова перекидывать тебя через плечо. Мне плевать, насколько сильно ты кусаешься.

В миг, когда эти слова слетели с его губ, кто-то ввалился в комнату. Двое: Севин и Ковин.

Ковин тихо присвистнул.

— Кусается? Мило.

Севин посмотрел на Роуина, наклонив голову.

— А я думал, ты предпочитаешь удушение.

Женевьева насмешливо ухмыльнулась.

— Вот это я готова попробовать. Мне хотелось придушить тебя с того момента, как я впервые услышала твой голос.

Роуин закатил глаза, а Севин поправился:

— Не думаю, что душить будешь ты, милая.

У Женевьевы слегка запылали уши от нарисованной Севином картины, но прежде, чем кто-то успел это заметить, по комнате пронеслась темная вспышка.

— Удивительно, что вы, голубки, еще не спите, – промурлыкал хриплый голос, и между ними появилась высокая фигура. – Я думал, где-то сейчас трещит изголовье.

Даже если бы Женевьева не узнала голос, мгновенное напряжение Роуина подсказало бы, кто его обладатель.

Нокс.

Он был великолепен. Как и большинство демонов. Но даже по их стандартам он был исключительным. Лицо, преисполненное изящных углов и резких линий. Расчетливые фиолетовые глаза, обрамленные густыми черными бровями и ресницами, обсидиановые волосы, ниспадающие на спину, – длиннее ее собственных, идеально прямые. Из его головы торчали два витых рога – она сразу узнала дьявольскую метку.

— Уже вернулся? – удивился Роуин. – Я думал, ты будешь трубить о нашей свадьбе по всему третьему кругу до конца вечера.

Нокс усмехнулся.

— Я вернулся, только чтобы установить еще несколько зеркал для нетерпеливых клиентов. Всех очень взволновала ваша свадьба.

— Замечательно. Прошу прощения, мы с Женевьевой как раз собирались спать, – сказал Роуин, повернулся к Женевьеве и спросил: – Готова, проблема?

Он протянул ей руку под выжидательным взглядом Нокса.

Женевьева одарила Роуина ослепительной улыбкой и приняла ладонь.

— Конечно.

В глазах Роуина промелькнула едва заметная искорка, но Женевьева не успела понять, что она значит.

Он начал уводить ее, и она протянула:

— Всем спокойной ночи.

— Приятно было официально познакомиться с вами, мисс Гримм, – попрощался Нокс.

Женевьева, остановившись, оглянулась на дьявола, встретилась с его фиолетовым взглядом и поправила:

— Меня зовут миссис Сильвер. И я совершенно не рада официально познакомиться с тобой. Спокойной ночи.

С этими словами она вывела Роуина из комнаты.

Направившись в другой конец дома, он заметил: