Книга Начать сначала, страница 54 – Ольга Баринова

— Это, — голос Нины был спокойным, но его услышали все, — амулет, который всегда предупреждает об опасности. И если я не ошибаюсь, в вине, которое вы мне поднесли, была не только сладость винограда.

Она поднесла чашу к носу. Понюхала.

Ничего. Ни запаха, ни цвета.

Но амулет не врал.

— Ваше величество! — Нина повернулась к королю, который уже шел к ней через зал. — Я прошу вас приказать проверить это вино.

Король остановился перед ней. Посмотрел на сияющий амулет. Потом на чашу. Потом на Элеонору.

— Что это значит, госпожа фон Лансдорф? — спросил он тихо.

Элеонора открыла рот. Закрыла.

— Я… я не знаю… я просто…

— Вы просто поднесли баронессе вино, — закончил за нее герцог, подходя к ним. — И амулет изменил цвет от одной только капли.

Он повернулся к стражникам.

— Обыщите ее.

— Не смейте! — закричала Элеонора. — Я — дворянка! Вы не имеете права!

— Зато я имею право на все, — сказал король спокойно. — Обыщите ее сейчас же.

Двое стражников схватили Элеонору за руки. Одна из фрейлин быстро и умело обыскала ее платье.

Флакон нашелся сразу.

— Что это? — спросил король, глядя на темное стекло.

Элеонора молчала.

— Я спросил — что это? — голос короля стал холодным.

— Ничего, — прошептала она. — Это… от головной боли…

— Тогда выпейте сами, — сказал герцог. — Сейчас. При всех.

Элеонора побелела еще больше.

— Я… я не…

— Вы не будете это пить, потому что знаете — это яд, — король посмотрел на нее тяжело. — Уведите ее. И обыщите ее покои. Я хочу знать, как отравительница попала на мою охоту.

— Это не я! — закричала Элеонора, когда ее поволокли к выходу. — Это она! Это она меня подставила! Эта ведьма из болот! Спросите кого угодно — она приворожила своего мужа …

Дверь за ней закрылась, оборвав крик.

В зале повисла тишина.

Нина стояла, сжимая в руке чашу с отравленным вином, и посмотрела на закрытую дверь.

Тишина в зале была такой плотной, что слышно было, как потрескивают свечи в тяжёлых канделябрах. Гости замерли, кто с вилкой на полпути ко рту, кто с бокалом в руке, — никто не смел пошевелиться.

Первым нарушил молчание барон фон Бюл. Старый ветеран поднялся из-за стола, его серебряный волк на груди блеснул в свете огней. Он перевёл тяжёлый взгляд с двери, за которой скрылась Элеонора, на Райнера, а затем на короля.

— Ваше величество, — сказал он глухо. — Я свидетель. Я видел, как эта женщина подошла к баронессе с чашей. И я видел, как изменился цвет амулета. Это чистой воды покушение.

Король медленно кивнул.

— Благодарю за свидетельство, барон.

Из-за стола поднялась и купчиха фон Штольц — грузная, в пышном фиолетовом платье, с лицом, пунцовым от гнева.

— Ваше величество! — её голос прозвенел на весь зал. — Я знаю баронессу лично. Она — честнейшая женщина из всех, кого я встречала при дворе! — купчиха перевела дух и ткнула пальцем в сторону Райнера. — А этот... этот человек! Я слышала, он три года не давал жене ни гроша, а сам проматывал её приданое с этой рыжей дрянью!

По залу пробежал возбуждённый гул. Кто-то ахнул, кто-то зашептался, кто-то — особенно дамы — смотрел на Райнера с таким отвращением, будто он был не человеком, а прокажённым.

Райнер побелел. Он попытался что-то сказать, открыл рот, но голос его пресёкся. Его красивое лицо исказилось от осознания того, что он проиграл. Проиграл публично. При короле. При всём дворе.