Книга Обещание на крови, страница 142 – Лиз Мистри

Джеззи не обращала на напарницу внимания, сосредоточенно сметая препятствия на своем пути. Она могла бы указать Куини, что еще пару минут назад та была точно так же уверена, что ее сестра – Джинни Белл. И Джеззи не знала, что теперь делать; в любом случае она была обязана обеспечить безопасность всех женщин из списка Фентона и хотела убедиться, что Джанин в порядке, – а ответ на вопрос, являются ли они сестрами, может и подождать. Информации было столько, что у нее закипел мозг. Почему Мхаири – или как ее там сейчас зовут – решила с ней связаться? Конечно, она знала, что Джеззи ей поможет. Так зачем все эти хождения вокруг да около? Джеззи неслась вперед, и по спине от поясницы поднимался холодок. Груз ответственности, который она остро ощущала, теперь сменился яростью. Как ее сестра могла быть столь безответственной?

— Мы должны были заметить, какая она двуличная скотина. Представляешь, какой информацией она могла бы на самом деле поделиться? Сколько времени мы бы сэкономили? – Голос Куини с каждым шагом становился все более сердитым.

Страх сдавливал грудь, Куини безостановочно жужжала, и Джеззи хотелось заорать прямо в лица коллег, которых приходилось расталкивать локтями прочь с пути.

— Гражданским нельзя доверять. Я всегда это говорила. В конце концов, почти все наши «клиенты» из гражданских. Гражданское население? Да если бы не они, эти бандиты, мы бы остались без работы.

Начав задыхаться, Джеззи резко остановилась у двери офиса с открытой планировкой, где должна была работать Джанин Горман, и постаралась восстановить дыхание. Врываться в офис на всех парах не имело смысла – особенно если Джанин там не было.

— Ради всего святого, Куини, передохни. Мы не знаем, кто из этих женщин – Мхаири. Не надо всех обвинять; надо убедиться, что они в безопасности. Вот и все.

Но Куини ее не слушала.

— Гражданские должны вести себя достойно граждан, соблюдать порядок, хорошо себя вести, но, судя по большинству придурков и уродов, с которыми мы каждый день имеем дело, от граждан там одно название, чертово пустое слово, созданное, чтобы замылить полиции глаза и внушить нам ложное чувство безопасности. Нельзя было позволять этим гадам проникнуть в наши ряды. Никогда. Да ну, граждане? Давайте еще пооткрываем тюрьмы и наберем в полицию заключенных!

Джеззи грозно посмотрела на Куини.

— Заткнись, мать твою, пожалуйста, Куини. Ты мне весь мозг съела, я даже думать не могу. Стихни уже.

Открыв рот, Куини внимательно посмотрела на Джеззи, немного помолчала в ответ на неудовольствие напарницы, расправила плечи, вздернула подбородок, скрестила руки под грудью и закатила глаза так мастерски, что ей позавидовал бы любой подросток. Сжав губы, она хмыкнула и выдохнула с такой силой, что у Джеззи взвилась челка.

— Я просто высказалась. И не надо делать из мухи слона, понятно?

Ничего не ответив, Джеззи открыла дверь в офис.

— Говорить буду я, ладно? Не надо никого здесь волновать.

Снова закатив глаза, Куини подняла соединенные пальцы к губам и сделала движение, будто запирает замок. Сразу было понятно, что стол Джанин пуст, но Джеззи стало жутко не поэтому – он был кристально чистым, словно его хозяйка не собиралась возвращаться. Что происходит? Может, Джанин прибралась перед праздниками? Но почему она об этом не упоминала? Джеззи ринулась к столу ближайшего к Джанин коллеги, не обращая внимания, что тот сидит в наушниках, явно глубоко погруженный в работу. Она постучала по его плечу. Он в ужасе подпрыгнул, руки взметнулись к груди, рот приоткрылся, и он резко прокрутился на стуле. Его испуг от простого прикосновения к плечу на оживленном рабочем месте был неожиданным.