Книга Обещание на крови, страница 52 – Лиз Мистри

— Куини, ты мне нужна.

— Сейчас? Я нужна тебе сейчас? У меня полно дел по хозяйству. У малыша опять режутся зубки, а муженек вышел в магазин.

Внезапно растерявшись и не понимая, откуда у Куини взялся ребенок, Джеззи замолчала. Как она могла не знать, что у напарницы есть малыш? Ее кольнуло чувство вины – она не знала о Куини элементарных вещей, потому что никогда не спрашивала. Ей это было неинтересно. И все же она думала, что дети Куини давно выросли. Либо она моложе, чем кажется, либо она из тех, кто случайно залетел во время менопаузы.

— Не обращай внимания, Куини. Я сама справ…

— Э, да ну, ДжейЗи, Крейг как раз вернулся. По правде говоря, я с удовольствием улизну из этого дурдома. Увидимся через пятнадцать минут. Я живу в Котере.

Еще одна вещь, о которой не знала Джеззи, – что напарница живет в Уэст-Калдере, в соседнем городке. Еще один факт, о котором она не удосужилась спросить. И только когда она уже запихивала в рот намазанный маслом тост, она поняла, что не сказала Куини адрес. Но, наверное, Куини больше интересовалась Джеззи, чем Джеззи интересовалась ей.

— Моя напарница скоро будет здесь. Ешьте тосты и впустите ее в дом, когда она приедет. Но сначала посмотрите в глазок, ладно?

Меньше чем через десять минут, когда Джеззи уже собрала хвост на затылке и заправила рубашку за пояс джинсов, в дверь позвонили. У меня дел как у мух на навозе! Она усмехнулась собственной ворчливости. В конце концов, это же она пригласила к себе Куини; две партии сторонних людей в ее доме за один день – это перебор. Надев свитер на рубашку, она прошла в холл; в дверь снова позвонили. Чертовы дети, сами открыть не могут? Но дом казался до странности пустым, даже топота ног у входной двери не слышно. Когда она вошла в кухню, сердце заколотилось и плечи напряглись. Двое крысенышей ударились в бега, и единственными доказательствами того, что они недавно сидели на ее кухне, были разбросанные по скатерти крошки, вымытая посуда, стоящая возле раковины, и заляпанная джемом записка с единственным нашкрябанным посередине листа словом: «Простите!»

Твою ж дивизию! Молокососы сбежали, а Куини, не стесняясь, голосила под дверью.

— Открывай, ДжейЗи, у меня для тебя доставка!

Сделав глубокий вдох, Джеззи, выругавшись, пошла к двери. Как она не догадалась, что дети из Стуррача не пойдут в полицию и никаких показаний давать не будут? Ведь именно поэтому они так долго следили за ней и пришли к ее порогу. Какая же я дура! Вовремя не поняла, что нужно было их как следует убедить. Но где они, черт возьми, собрались прятаться? Они и правда думали, что за ними не погонятся, или решили изобразить из себя Тельму и Луизу^[5], удирая от полиции на старой тарантайке? Черт, черт, вот же дерьмо! Надо было это предвидеть.

Раскрасневшаяся, она открыла дверь и уже собралась было прочитать нотацию о терпении и добродетели, как увидела, что Куини стоит на пороге не одна. И в этот миг Джеззи была готова расцеловать свою напарницу – седую, встрепанную, с пятном на плече, напоминающим по цвету детскую отрыжку, и двумя крысенышами, которых она крепко обеими руками держала за воротники. По ухмылке Куини Джеззи поняла, что с нее причитается, но ей было все равно.

— Это, случаем, не твои хорьки?