Книга Смертельная боль, страница 65 – Андреас Грубер

— Поскольку Осло-фьорд является самым густонаселенным районом Норвегии, вышки там располагаются всего в нескольких сотнях метров друг от друга. В результате пересечения их радиусов был выявлен определенный участок чуть выше Тёнсберга.

Снейдер провел рукой по своей свежеотполированной лысине.

— И что там? Агентство знакомств или эскорт-услуги? — Очевидно, он подумал о фотографиях из сейфа фон Тун.

Гульбрандсен покачал головой:

— Нет, но вы почти угадали.

Теперь он выглядел несколько примиренным. Видимо, оценил комбинаторский талант Снейдера — и, похоже, нисколько не расстроился. Судя по всему, он ничего не знал об их незаконном доступе к данным судмедэкспертизы. «Пока что это наше преимущество», — подумала Сабина.

— Там находится земельный участок с виллой Хокона Йоргенсена, — объяснил Гульбрандсен.

Сабина никогда раньше не слышала этого имени. Она посмотрела на Снейдера; видимо, он тоже не слышал.

Только Кора застонала:

— Черт. — Она наклонилась вперед и понизила голос: — Хокон Йоргенсен — одно из самых известных имен в норвежском преступном мире.

Гульбрандсен кивнул, как и Экесон.

— Насколько мне известно, он всегда был связан с оружием, наркотиками и алкоголем.

— Он контрабандой ввозил все это в страну из Антверпена и Роттердама и временно хранил на старой ферме во фьорде, — объяснил Гульбрандсен. — Он знал, как работают таможенные органы, и преуспевал в своем бизнесе.

— Проституция тоже? — спросил Снейдер напрямую.

Гульбрандсен снова кивнул:

— По крайней мере раньше. Однако прошло уже десять лет.

Сабина взглянула на меню с напитками, стоящее на столе. Учитывая норвежские цены на алкоголь, это, безусловно, был прибыльный бизнес.

— Вы сказали раньше? — заметила она. — А теперь?

— Когда прокуратура насела на него, он ушел из этой сферы. Сейчас владеет лишь несколькими ночными клубами и барами и занимается азартными играми на легальной основе.

— Что это значит? — спросила Сабина.

— Рулетка, баккара, покер — вот и все. Онлайн-казино невозможно, норвежские надзорные органы регулируются государством и не выдают игорных лицензий частным лицам.

— Не похоже на высокие прибыли, — заявила Сабина, — и этим он зарабатывает на жизнь?

— Кроме того, официально он уже десять лет занимается бизнесом по вывозу металлолома и мусора. Именно там он сейчас зарабатывает большие деньги. Его грузовые суда с контейнерами металлолома ходят из Осло через все Балтийское море.

— И какую контрабанду он на них везет? — спросил Снейдер.

— Мы не знаем, — вздохнул Гульбрандсен. — Мы даже не знаем, занимается ли он вообще контрабандой.

— А почему это не проверяется?

Гульбрандсен ненадолго замолчал.

— Это текущее расследование, о котором я не буду с вами говорить.

Теперь все посмотрели на Снейдера, который вынул зажигалку «Зиппо» из кармана пиджака и задумчиво повертел ее между пальцев.

— Хорошо… Йоргенсен когда-либо контактировал с посольством Германии?

Экесон покачал головой:

— Конечно, мы знали, что в Норвегии существует такого рода преступность и кто может за этим стоять, нам также известно имя Хокона Йоргенсена, но никакого контакта с посольством никогда не было. Насколько мне известно, Катарина никогда не встречалась с этим человеком.

— Но, по крайней мере, она разговаривала с ним по телефону… или с кем-то с его виллы, — размышлял Снейдер, открывая и закрывая крышку «зиппо». — Был ли Йоргенсен когда-либо связан с детской порнографией или шантажом?