Книга Волны любви. Маленькие семейные истории, страница 57 – Диана Вран

В Кемптене произошли перемены. Членом семьи стала Лина, единственная дочь некогда погибшего дяди Карла. Её мать после смерти мужа вскоре опять вышла замуж и уехала в Италию, оставив крошку дочь на попечении бабушки. Когда старушка умерла, мать Лины уже жила где то в Америке и ее не смогли найти. Мой отец взял сиротку на воспитание к себе.

В доме целыми днями звучали веселые голоса Лины и Вальтера. Вечером к ним присоединялся отец и вылезала из своей норы Берта. Мой брат и Лина были одногодками. Им исполнилось по 18 лет и между ними установились близкие дружеские отношения. Мне сначала подумалось, нет ли тут ещё более близкой связи, но потом понял, что нет.

Вальтер, придурок, очень трепетно относился к отцу и во всем слушался его. Сейчас он был поглощён подготовкой к поступлению в Штутгартский технический университет, и речи не могло быть о том, чтобы тратить время на юношеские незрелые романы.

Отец всячески поддерживал нацеленность младшего сына на результат и постоянно твердил о том, что он главный преемник и наследник титула и семейного бизнеса. Меня это несколько задевало, и я довольно зло подшучивал над братом, особенно по поводу титулов, которые уже давно в Германии были запрещены. Хотя в семьях старались соблюдать традиции и вели родословные книги. Вальтер никак не реагировал на мои подковырки. Выдержка у него была дедовская. Это обстоятельство также вызывало во мне ревность.

Сдержанность, граничащая с достоинством, которая была присуща деду Валентайну в его лучшие годы, вызывала у меня восхищение и я старался воспитать в себе хоть малую толику этого качества, но у меня получалось плохо. А тут извольте видеть, без особого труда со стороны придурка ему дарован талант деда, которого он и не знал как следует.

В тот раз я уехал в Дюссельдорф злой и, наверное, со злости вскоре женился на одной из своих подружек. Известить родственников о перемене в моей жизни я не счёл нужным. Катрин работала фотохудожником в одной из местных газет и подрабатывала на рекламных заказах. Мы прожили два довольно весёлых года, а потом надумали, пока не завели детей, перебраться в Америку. Там жила старшая сестра жены, и она давно звала Катрин переселиться в Филадельфию.

Почти накануне отъезда из Штутгарта, где учился Вальтер, пришла открытка с мольбой о помощи и просьбой приехать на рождество в Кемптен. Текст открытки был туманным и ничего не прояснял. Что случилось, какого характера помощь нужна, кто это «мы», которые в отчаянии.

Первой мыслью был отец. В 1944 году, будучи недалеко от германской границы, он совсем мальчишкой случайно попал в зону действия немецкого патруля, отлавливающего уклоняющихся от мобилизации перебежчиков на швейцарскую сторону. Спасаясь бегством, отец повредил позвоночник, долго лечился после этого в Америке. Лечение было эффективным, но его часто мучили боли в спине и со временем его стало клонить к земле.

Катрин по моей просьбе связалась с коллегами-газетчиками из Баварских газетенок. Нет, с этой стороны все в порядке. Сутулая фигура отца с неизменной тростью каждый вечер появляется на центральной площади Кемптена, пугая своим свирепым видом местных старушек. Сосновая палка давно была сожжена в камине. Отец теперь щеголял эбеновой тростью, которую ему привезли из Юго-Восточной Азии.