Книга Волны любви. Маленькие семейные истории, страница 76 – Диана Вран

За время учёбы в универе я капитально провинился перед братом еще один раз.

Поступив в универ, я поселился у брата. Видимо, Вовке было так проще и надёжнее сдержать обещание присмотреть за мной, данное моему отцу. Это обещание он дал сам. Отец ни о чем его не просил. Отец считал меня вполне взрослым, способным отвечать за свои поступки и доверял мне. Мне же было все равно, где жить, но, видимо, подсознательно меня все же тянуло к семейному очагу, и я чувствовал себя очень даже комфортно с Вовкой и Тамарой. А с Лизкой, младшей сестрой Артема, мы вообще были не разлей вода, невзирая на большую разницу в возрасте.

Артем, мой племянник, учился в архитектурно-строительном универе и сразу по поступлении обосновался в нашей с мамой квартире. Заядлый тусовщик, заводила, гуляка, у него были сложные отношения с отцом, и жизнь в разлуке была обоим на пользу. Иногда я присоединялся к его компании, чаще по приглашению Артема. Всем нравилось, как я играю на гитаре. В квартире постоянно жили какие-то приятели и явно не студенческого возраста девки. Каждый выходной гремела музыка. Вовка не вмешивался в разборки Артема с соседями и предоставлял ему право самому отвечать за свои косяки. Соседи, видимо, допекли племянника, и однажды, дело было накануне восьмого марта, он попросил меня принести ключи от особняка, строившегося в ближнем Подмосковье.

Брат затеял стройку по настоянию жены, которой захотелось, как и большинству ее знакомых дам, стать подмосковной дворянкой. У брата душа к этой стройке не лежала, поэтому дело шло ни шатко, ни валко. Отопление уже было подключено, шли отделочные работы, но пользоваться можно было только одной комнатой, в которой рабочие устроили бытовку.

Я принес, а фактически, украл у брата ключи и отдал Артёму. Артем предложил мне поехать вместе с его компанией и захватить гитару. Я согласился, предварительно солгав брату, что еду в гости к Валерке в Подольск. После питерского приключения мы стали не разлей вода. Со мной вместе собралась моя девушка Марина с факультета вычислительной техники.

В комнате было четыре заляпанных шпаклевкой табуретки, грязные одежда и обувь рабочих, пустые пластиковые пузыри из-под питьевой воды. Табуретки составили вместе, накрыли обрывком обоев. На полу, тоже не первой свежести, расстелили привезенные с собой пледы и устроили посиделки по-турецки. На подоконнике поставили свечи, накрыв их колпаками из обрезанных пластиковых бутылок. Пока девицы резали бутерброды, я играл на гитаре для создания настроения.

Из напитков оказалась только водка и какое-то питье розового цвета в прозрачной бутылке с завинчивающейся крышкой. Я наотрез отказался что-либо пить. После питерской истории я не пил даже пива. Обычно Артем приходил мне на помощь в ситуациях, когда компашка начинала особенно рьяно наседать на меня и требовать, чтобы я не выпендривался. Но в этот раз он как воды в рот набрал и сидел с хмурым видом молча. Я психанул, схватил гитару и хлопнул дверью. Маринка побежала вслед за мной.

Мы поднялись на второй этаж, нашли комнату, где начали настилать черновой пол. Доски были сдвинуты неплотно. Мы уселись на одну из половиц, свесив ноги вниз. Сначала я играл на гитаре, и мы пели дуэтом. Потом стали целоваться. Потом рискнули устроить ложе из наших курток и заняться более серьезными делами. Сколько мы кувыркались, не помню. А когда наконец спустились вниз, застали всю компанию спящей, со страху нам показалось, что без признаков жизни. Во всяком случае мы никого не смогли разбудить.