Книга Девчата нашего двора, страница 30 – Игорь Ковров

ЧТО-ТО ТЫ ДОЛГО. МНЕ ЕЩЁ ДВА ДЕНЁЧКА. ЗАСКОЧИШЬ — УДИВЛЮ ЗАГАРОМ.

Ей показалось, что набранное прозвучит более убедительно затёртых фраз о любви, ведь самое главное отдыхающая уже успела сообщить. Первое: возбудила в мужчине желание к себе и информативно поведала о тех днях, которые осталось прожить до их встречи. Он ведь заедет за ней, верно? Ещё одну неделю одинокого просмотра ленты подписчиков Глафире не выдержать. На самом деле, очень грустно и тяжело принимать человека со всеми его недостатками в то время, как в долгой очереди её кавалеров попадались самые сомнительные элементы. Жизнью Озерцовой правила вовсе не она сама, и даже не её мама. Чаще всего в тоскливом прошлом случалось так, что над ней брали верх эмоции. Глафира совсем не хотела признаться себе в том, что её чувства к нему не только взаимны, но и в ряде случаев иррациональны. Герман со всех сторон был хорош, но она была настроена видеть в нём это самое хорошее. Её совсем не интересовали мнения окружающих о своей личной жизни. Иначе из неё не получилось бы той самой Озерцовой, знакомой друзьям своими особенностями. А Герман… В Германе был пионер. И она продолжала его любить.

— Осторожно, двери закрываются. Следующая станция — «Технопарк».

Поезд метро какое-то время петлял в темноте тоннеля, а после с тихим грохотом выехал на солнечный свет, показав всем своим пассажирам красивую панораму на Москву-реку. Внизу мелькало троллейбусное депо, проносились строящиеся корпуса новых жилых домов, а автомобили тихо проезжали по набережной.

Весна постепенно вступала в свои права, и Черенчиков это чувствовал с каждым прожитым днём, с каждым вдохом и градусом наступающего потепления. Он любовался открывавшейся сквозь боковые окна вагона панорамой на город, слегка косясь на прикреплённый в углу огнетушитель. Совсем скоро парень выйдет на платформу пустующей открытой станции и поспешит в сторону парка развлечений. Солнечная столица переливалась яркими красками, отражаемыми в бликах водяной ряби на поверхности реки. Уже распустилась верба, чьи тонкие ветки быстро оказались украшены мохнатыми почками. Уже можно было одевать куртку полегче и наблюдать за отражением чистого неба в окружающих лужах.

Повернув за угол, он спокойным прогулочным шагом направлялся к предмету сладких грёз любого московского ребёнка — тематическому парку аттракционов, рядом с которым было несложно различить небольшие группы родителей с детьми. Не то чтобы сердце его горело страстью посетить святую святых всех счастливых семей, скорее он мысленно испытывал вполне естественную гордость за активно развивающуюся столицу с каждой новой открытой станцией метро. В особенности его порадовало удобство в эксплуатации длинного эскалатора, через который новоприбывшим так легко было проносить тяжёлые чемоданы и саквояжи.

И вот наконец Черенчиков вышел к музыкальным фонтанам. Вода под напором череды подвижных и прозрачных струй блестела и светилась в сопровождении чарующих ритмичных мелодий. Улыбающиеся парочки и семьи с детьми на ходу ловили возможность сфотографироваться на столь живописном фоне. Где-то рядом проходившие мимо москвичи ели ванильные пломбиры в стаканчике и сладкую вату. Хорошее настроение витало в воздухе и звоном детского смеха отзывалось на больших расстояниях у проезжей части. Полдень выходного дня наполнялся коллективным бессознательным в самых светлых и радостных чувствах, а нарастающий весенний период дарил горожанам удлинённый световой день и россыпь светящихся огней по наступлению сумерек.