Книга Моя маленькая Надежда, страница 82 – Рина Фиори

Этот парень так лебезит перед мажорской шайкой, что на любую подлость готов. Лишь бы выслужиться.

— Влад, – стараюсь говорить мягко, ласково. За улыбкой спрятать переполняющие меня эмоции. – А правда, что ты из другой школы перевёлся?

Мне хочется зажмуриться. И не видеть, как расслабленное счастливое лицо становится каменным. Как взгляд фокусируется в одной точке. Как напрягаются мышцы на сильных руках.

Но приходится смотреть. Смотреть и впитывать его реакции. Пугающую и чересчур информативную.

— Кто? Кхм, кто рассказал? – холодный жесткий тон.

Такое впечатление, что я его в убийстве обвинить пытаюсь, как минимум. Что зазорного в том, чтобы перейти из одной школы в другую? Я это прошла, было непросто, но не смертельно.

Или Штерн права, и Влад ушёл не просто так?

Теперь я понимаю, что зря начала этот разговор. Не смогу солгать, глядя в чёрные, как сама ночь, глаза. Такие глубокие и отчего-то очень грустные.

— Диана, – опускаю голову.

Стыдно. Стыдно, что устроила допрос парню. Ещё и по наговору этой девчонки с насквозь прогнившей душой.

— Диана? – поворачивает лицо.

Вижу, как между бровями пролегает глубокая морщинка. И взгляд Чернышевского становится злее прежнего.

— Д-да, – куда я лезу?

Нам так хорошо было вместе, а я всё порчу своими глупыми вопросами и подозрениями. Любопытная дурочка.

— Правда. Ещё вопросы? – опять этот взгляд.

По коже мурашки. И скорость на спидометре подбирается к 120 километрам в час.

Не смотри на меня так, не надо. Я уже всё осознала и поняла, только будь осторожнее.

— Вопросы? – хочу собраться с мыслями.

Не отрываю взгляд от дороги. Будто в случае опасности нам это поможет.

— Нет никаких вопросов.

Влад с такой силой сжимает руль, что мне кажется, тот сейчас рассыплется в его руках. Да что его так разозлило?

Ещё немного, и я не сдержусь, спрошу. Тогда ссоры точно не избежать.

Напряжение в тесном салоне авто растёт с каждой минутой. Молчание давит, от множества мыслей начинает кружиться голова.

Выходной безнадёжно испорчен, как и наше свидание. И я отчётливо это понимаю, когда Влад сворачивает в сторону моего дома.

А ведь мы планировали весь день провести вместе.

Дура, дура, дура…

Может, стоит извиниться? Но за что? Я ведь ничего плохого не сделала, спросила банальную на первый взгляд вещь.

И вывод напрашивается сам собой: раз Влад так отреагировал, значит, на то есть свои причины. Не уверена, что хочу знать о них.

— Надь, – пытается коснуться моей руки, но я её одёргиваю.

Причём это происходит неосознанно. Будь у меня время на размышления, я ни за что не стала бы так поступать. Демонстрировать свою обиду? Вот ещё. Я же не ребёнок, в конце концов.

Но моё действие продиктовано внутренними сигналами. Оно спонтанное, необдуманное. И мне опять стыдно.

Да что же это? Влад играет с моими эмоциями, как с баскетбольным мячом. Ведёт уверенно, методично и достигает цели.

— Хорошо, давай поговорим, – тон становится миролюбивее.

Может и хорошо, что я дала понять своё состояние. У меня тоже есть чувство собственного достоинства.

— Только не здесь, – заводит машину, выезжает на дорогу.

Проезжаем несколько кварталов, сворачиваем в сторону дома Чернышевского.

Надо отвлечься. Иначе в голову опять начинают лезть разные навязчивые мысли. Сама не заметила, как стала слишком нервной.