Книга Я больше не одинока, страница 24 – Майана Оуэнн

— Сначала я хочу послушать твой стих, Тревор.

— Хорошо, как скажете, мисс Саммерс!

— Вперёд, Трави! — воскликнула Линда.

— А вы не подслушивайте! — и они втроём засмеялись.

— И так?

— ” Тори, восхитительная, Тори! Вы так чудесны, не из сна моего, вы, что ли? Я очень рад был бы, рядом с вами находиться! Смотря на вас желая, вами насладиться! Словно тигр своей тигрицей!”

— Это прекрасно! Спасибо тебе за этот сюрприз, Тревор! — подойдя к нему, она его поцеловала в щеку.

— Я написал про вас правду! Вы и в правду восхитительны мисс Саммерс!

— Для тебя Тори, и на тебя. — наступила пауза.

— Я понял. Так что?

— Я бы пошла, но, дедушка… — Девушка улыбнулась с грустью на лице.

— Я помогу всё уладить, Тори!

— Правда?

— Конечно! У меня есть деньги. Пришла зарплата. Мы всё сделаем как надо, даю слово! А сейчас пойдём погуляем?

— А как же твои пациенты? — забеспокоилась та.

— О них позаботится старшая медсестра.

— Ладно. Пошли.

— Итак, как ты хочешь всё это сделать? — спросил Тревор у Виктории, когда те, гуляли аж до вечера.

— Я хочу его кремировать. По наиболее бюджетному варианту. Я узнавала в интернете. — последовал ответ.

— По подробнее, пожалуйста.

— По “прямой кремации”. Это когда прощальная церемония не проводится, а прах выдаётся родственникам в пластиковой урне.

Стоимость «прямой кремации» в г. Вашингтоне составляет около 1,5 тыс. долларов.

— Подожди-ка! Я знаю, что, в случае если тело умершего не востребовано, то медицинское учреждение, в котором зарегистрирована смерть, самостоятельно производит кремацию, после чего урна с прахом хранится в данном учреждении в течение одного календарного года. Может сделаем по-другому?

— Как именно?

— В смысле удобен?! — от слов Тревора она была шокирована. — Смерть близкого и единственного человека для меня был ударом! А ты говоришь про какое-то удобство?!

— Тори, ты меня не так поняла! — Линнер никогда не видел подобного поведения от его “девушки” как он считал Викторию.

— Я не так поняла?! — она наклонила голову в знак вопроса и ожидания другого ответа от Тревора, которого она считала просто другом, не кем больше, как сам Линнер.

— То есть я не так высказался. Прости меня, я не хотел. — он очень сильно изменился в лице.

Виктория тоже изменилась в лице перед тем как Тревор “ не так высказался”. А также изменилась в лице после того как нагрубила ему.

— Это ты меня прости, психоз видимо. — она к нему подошла и поцеловала в щеку.

Влюблённый врач сразу улыбнулся Тори, в знак того что, он её понимает.

— Ну так что за вариант?

— Развеивание праха.

— Я слышала об этом. Думаю, мы должны так поступить.

— Ты знаешь место, где развеешь прах дедушки?

— Знаю. Там, где он любил охотится и рыбачить. Я развею прах над речной водой, где он поймал свою первую рыбу. — она сделала обдумывающую паузу. — И мою бабушку.

Вдруг между врачом и его бывшей пациентки неловкий момент, и они засмеялись.

— Поймал и твою бабушку, говоришь? — Он смеялся так звонко, а его улыбка была настолько красивой, что она уставилась на него.

Сама она посмеялась несколько секунд, но Тревор смеялся дольше. Всё это время Тори смотрела как он смеётся. Когда он насмеялся от всей души, то увидел её задумчивое лицо. Линнер хотел что-то сказать на это, но не успел. Ведь его “девушка” кинулась в его сторону и начала целовать его в губы. Он уверенно, будто каждую минуту ждал этого поцелуя, взял её за тонкую талию и ответил ей тем же.