Книга Султан на побегушках, страница 21 – Дарья Донцова

Ветеринар заморгала, потом подняла серую разбойницу.

— Иван Павлович, она плюшевая.

— Какая? — заморгал Григорий.

— Игрушечная. Куплена, похоже, в одном из моих магазинов.

Боря наклонился и подтвердил:

— А и правда! Ненастоящая!

— Очень на живую похожа. Откуда она у нас? — изумился я.

— Эдик принес, — сказал знакомый бас, и в помещение вошла птица.

— Это кто? — ахнула Людмила.

— Попугай, — хором ответило наше сообщество.

— А ты кто? — осведомилось пернатое у женщины.

— Ветеринар, — пробормотала врач.

— Уходи! — распорядился Эдик. — Не люблю!

— Где вы взяли это чудо-юдо? — удивилась наша доктор.

— Я принес, — признался Гриша. — Нашел беднягу. Похоже, издевались над ним, веревкой опутали.

Люда порылась в одном бауле, вытащила небольшой пакетик и крикнула:

— Эдик, хочешь печенье?

Птица захлопала крыльями.

— Дай!

Люда показала ему упаковку.

— Получишь вкусняшку, если разрешишь посмотреть перышки. Договорились?

— Хочу! — сообщил Эдик и ушел.

Людмила кивнула и обратилась теперь ко мне:

— Где мне расположиться? Как всегда, в гостиной?

— Да.

Боря взял баул, Гриша схватил второй, и они оба ушли.

— Помою руки и вернусь, — пообещала ветеринар.

Снова раздался звонок — теперь ожил домофон. Я вздохнул — кто на сей раз? Олега и Ирэн нет дома, они должны вот-вот вернуться, клиентов не жду…

— Кто там? — закричала Анна Ивановна.

— Давай без глупых вопросов, — ответил голос моей маменьки. — Живо открывай!

Однако утро началось бодро. Зачем маменька пожаловала, да еще в этакую для себя рань? Обычно она до полудня даже глаза не открывает.

— Привет! — завопил Эдик, увидев гостью. — Бабуська пришла!

— Это что за монстр? — трагическим шепотом осведомилась маман, входя в холл.

— Попугай, — ощущая себя родственником птички, коротко ответил я.

— Откуда здесь эта пакость с крыльями?

Мне неожиданно стало обидно за Эдика.

— Он умный, милый, прекрасно разговаривает. Купил птицу в магазине.

Сразу хочу сказать: если от меня потребуется соврать ради раскрытия дела, то я начну вдохновенно лгать. Но в обычной жизни я не люблю фантазировать. По какой причине тогда сию секунду без запинки придумал, что приобрел Эдика? Ответа на сей вопрос не имею.

— Вава, очнись!

Из ванной вышла Людмила, она вежливо поздоровалась.

— Доброе утро.

— Это еще кто? — прищурилась маменька, опускаясь в кресло.

— Людмила Юрьевна, наш ветеринар, — объяснил я.

— Так! — топнула ногой маменька. — У меня срочное дело! Настолько неотложное, что я оказалась вынуждена приехать сюда ночью!

— Уже семь утра, — опрометчиво уточнила доктор.

Странно, но маменька не обозлилась.

— Вот-вот! Ни свет ни заря примчалась! Пусть все уйдут! Вава, выгони их!

— Есть альтернативное предложение… — тихо произнес батлер.

Я невольно вздрогнул — не заметил, как Борис вернулся в холл.

— Вы можете спокойно поговорить с Иваном Павловичем в кабинете, — продолжил мой помощник.

— Нет! — отрезала маменька. — Все вон, включая птицу, собаку и кошку! И тебя тоже!

Я занервничал. Мою маму нельзя назвать тихой дамой, которая увлекается рисованием или вышивает цветы на наволочках диванных подушек. Она связка петард, которая взрывается когда угодно и где угодно. Рассердить ее очень легко: для этого надо ответить «нет», когда она что-то требует. Но сегодня маменька особенно революционна. Что произошло?