Книга Султан на побегушках, страница 39 – Дарья Донцова

— Может, вы знакомы с Ниной Плотниковой? — осведомился я, резко сменив тему.

У доктора дернулось правое веко.

— Не припомню такую. Простите, больных детей много, кое к кому пару раз заходила, и все.

— А с Сюзанной Оболенской общаетесь? — продолжал я, ощущая себя иезуитом.

У Маргариты на лбу выступили капельки пота.

— Что-то мне хуже стало… — прошептала она. — Долго говорила, да еще села, а велели лежать… Оболенская? Нет. Нет у меня приятельницы с такой красивой фамилией.

— Простите, отняли у вас время, не дали спокойно полежать, — завершил я беседу.

— Всегда рада видеть вас, — вежливо ответила педиатр. — Спасибо за пирожные. Сейчас попрошу чаек принести, устрою праздник.

— Прекрасная идея, — улыбнулся я.

Мы с Борей покинули помещение, прошли немного по коридору, потом батлер тихо вернулся назад и встал у закрытой двери в палату педиатра.

На следующий день мы сидели в кабинете, ожидая, когда придет Нина Плотникова. Боря вчера нашел женщину, у нее есть свой сайт. Сейчас батлер бегал пальцами по клавиатуре, а я, стоя у окна, бездумно смотрел на улицу.

— Подумал вчера, когда сидели у Маргариты Львовны: она хорошая актриса, — заговорил Боря. — Очень уж женщина старалась продемонстрировать посетителям, что ей совсем плохо. Сначала сделала якобы несколько неудачных попыток сесть, потом схватилась за петлю и ловко подтянулась. Может, ее и пытались отравить, но так быстро после принятия яда не оклематься. Да что там отрава! Съел нечто несвежее, — и несколько суток плохой. Не могу пока понять, что меня настораживает во всей этой истории. И не зря решил подслушать под дверью, решил удостовериться. Чем займется «еле живая» Маргарита сразу после нашего ухода? Позвонит кому-то? Люди все-таки странные — хотят сохранить некую тайну, но пользуются мобильной связью. Современные технологии позволяют установить, кому вы со своего номера звякнули. Угадайте, с кем поспешила связаться Маргарита.

— Я не силен в разгадывании кроссвордов, — признался я.

— С Матвеем Филипповичем Грызкиным, — сообщил батлер.

— Вроде слышал эту фамилию, — пробормотал я, — но забыл, кто и в каком контексте ее упоминал.

— Сейчас напомню. — Батлер уставился в монитор. — Мать Татьяны зовут Ксения Михайловна, у нее была родственница Галина. Родная мамаша терпеть не могла дочь. Галя же всегда защищала Танюшу и в конце концов взяла ее к себе жить. Надо отдать должное девушке, когда тетя заболела, племянница ее не бросила, старательно ухаживала за умирающей родственницей. А та, прекрасно понимая, как Ксения относится к родному ребенку, сказала Танюше: «Если мать после моей смерти насядет на тебя, потребует часть жилья или вообще все отнять задумает, спокойно скажи: «По завещанию жилье мое. Позвоню Матвею Филипповичу Грызкину»». Это рассказала сама клиентка во время визита к нам.

— Похоже, этот человек на многое способен, раз Ксения испугалась, — отметил я.

Раздался звонок в дверь, потом послышался голос Анны Ивановны:

— Бегу, бегу!

— Плотникова пришла, — догадался Боря.

Сам не знаю почему, но я представлял Нину хрупкой блондинкой. А сейчас перед моими глазами предстала брюнетка размера эдак шестидесятого.

— Здрассти, — произнесла она.

— Садитесь, пожалуйста, — предложил Боря.

Гостья покосилась на кресло.