Книга Султан на побегушках, страница 37 – Дарья Донцова

— Домовый вредитель лапами двигает, — произнес я.

Как вы отнесетесь к частному детективу, узнав, что у него идеальная репутация? Обратитесь к нему за помощью? Полагаю, да. А если прочитаете в интернете, что к этой самой безупречной репутации присоединяется мышефобия (простите, понятия не имею, как называется страх, который люди испытывают при виде мелкого грызуна)? Тогда как? Захотите, чтобы расследованием, которое вы оплачиваете, занялся умный человек? Конечно, да! Маленькая деталь: у сего Шерлока Холмса при виде крошечного мышонка за секунду начинается паническая атака. Ваше решение о его найме останется твердокаменным? Или этакий трус никому вообще не нужен?

Анна Ивановна тихо хихикнула, потом ушла, говоря на ходу:

— Тесто, наверное, поднялось…

Мы с батлером остались одни.

— Иван Павлович, — тихо начал Боря, — вы все работаете, работаете… Даже металл устает, не то что человек. Надо отдохнуть, на море съездить.

— На зрение не жалуюсь, — возразил я, — хорошо видел, как мышь лапами дергала.

Боря кашлянул и тихо попросил:

— Эдик, пожалуйста, дай мне мышку. Покажу ее Ивану Павловичу и верну.

Но попугай поковылял ко мне, и спустя мгновение передо мной оказалась забава из магазина для кошек и собак, до тошноты похожая на живую домовую вредительницу. Эдик молчал, медленно моргая. Я наклонился, потрогал «труп». Да, это плюшевая забава. Попугай развернулся и удалился, стуча когтями по полу.

— Иван Павлович, — засуетился Боря, — не работайте сегодня. К Брокиной можно отправиться завтра, Маргарита никуда не денется. Спокойно почитайте, сидя в любимом кресле.

Я выпрямился.

— Боря, все хорошо, я здоров, словно юный конь, как говорил один мой приятель, способен пахать от восхода до ужина.

— Простите, если мы с Борисом ошиблись в выборе, — улыбнулся я, ставя на тумбочку у кровати коробку. — Здесь эклеры с заварным кремом. Если не любите их, угостите медсестер.

— И сок, — дополнил Боря, помещая рядом с пирожными литровую бутылку. — Яблочный. Не покупной, сами делали.

На лице педиатра появилось подобие улыбки.

— Спасибо. Очень приятно. Пожалуйста, не беспокойтесь. Больница муниципальная, но здесь прекрасные врачи. Утром принесли поднос с едой, он был запечатан в фольгу. Все вкусное и свежее.

— Как вы себя чувствуете? — спросил я.

Доктор вздохнула.

— Как чрезвычайно глупая женщина. У меня случаются приступы мигрени. Кто ею страдает, тот поймет. В левый висок словно горячий штырь втыкается. Боль ужасная! Лекарства не помогают.

— Если начинает раскалываться голова, я всегда пью раствор шипучего аспирина, — поделился опытом Боря.

— Ацетилсалициловая кислота, — поморщилась Маргарита. — Мне она как слону дробина. Перепробовала все — российские средства, импортные. Без толку. Единственное, что работает, — закрыть шторы, выключить свет, телефон и дверной звонок, заползти в кровать и проспать сутки. И так каждые три месяца. Из-за мигрени я потеряла хорошо оплачиваемую работу в частной клинике — кому нужен педиатр, который может позвонить утром и сказать «Я заболела»? Ладно бы, один раз, а то стабильно каждые девяносто дней. Поэтому пришлось заняться частной практикой… Я не собиралась кончать с собой.

— Блистер из-под капсул, — напомнил я.

— От матери досталась ужасная, невероятная головная боль, — зашептала Маргарита. — Я становлюсь сумасшедшей. Не помню, что говорю, как себя веду. В этот раз будто прямо по темечку железкой били. Оглохла, еле вижу, ничего не слышу, в ознобе трясет, ноги дрожат. Когда все началось, я была у Никитиной. Завершила визит, поспешила в машину, надеялась попасть домой до того момента, как в голове ураган забушует. Приняла одну таблетку… То лекарство — сильнодействующее. Простите, я обезумела.