Книга Только мой…, страница 109 – Ольга Маслюкова

— Меня можно простить?

— За что? — вскинула на него глаза Татьяна, в которых мелькнуло выражение сочувствия. Она расхохоталась.

Вильгельм улыбнулся и обнял ее, будто хотел спастись, спрятаться от навязчивого наваждения. Но не испытал былого прилива нежности, только жалость к этой когда-то очень любимой женщине царапнула душу.

Решив разрядить обстановку, которую сам же и создал, он втянул носом аромат, доносившийся из кухни.

— Как же я соскучился по твоей выпечке! Чувствую, что там, — указал он на кухню, — что-то необыкновенное.

— Да, твой любимый пирог с рыбой.

— Отлично! Прости, что не смог приехать раньше. Дела, как всегда, задержали.

Они вместе зашли на кухню. Он взглянул на сервировку накрытого стола. И в этот момент на его ногу прыгнул маленький пушистый комочек.

— А это кто?

— Это новый член семьи, Синди. Полина принесла.

Посмотри, какая хорошенькая.

— Мяу! — заявила о себе кошечка.

Вильгельм наклонился и взял Синди на руки. Она сразу уткнулась мордочкой в его грудь.

— Какая ты шустрая, — провел ладонью по шерстке Вильгельм. — Чувствует тепло.

Но Синди тут же выскользнула из рук и, задрав хвост, умчалась в комнату.

— Полина, наверное, очень любит ее. Я рад, что она теперь не одна.

— Да, но я была удивлена, когда увидела Синди. Раньше я не замечала, что дочь любит кошек.

— Это, наверное, от тоски.

— Может быть, — опустила глаза Татьяна.

— Вижу, меня здесь ждали. Как же приятно! Я ужасно проголодался. Пойду приму душ и скоро вернусь.

— Да-да, иди. Пока нет Полины, мне нужно с тобой поговорить.

Вильгельм на пути к ванной комнате приостановился, хотел что-то спросить, но промолчал и продолжил путь. А когда вышел из ванной, сразу спросил:

— Ну как ты тут с Полиной? Она тебе объяснила, почему не звонила?

— Ой, Вильгельм, и не спрашивай, — махнула Татьяна рукой, — мне очень трудно с Полиной общаться.

Вильгельм сел за стол и положил на тарелку кусок пирога.

— А что случилось? — насторожился он.

— Представляешь, она беременна. Вильгельм от неожиданности перестал есть.

— Как беременна? Она же ни с кем не встречается?

— Видимо, встречается, а мы ничего не знаем.

— И какой срок?

— Уже третий месяц.

Вильгельма бросило в жар, он сразу все понял, но не мог поверить своим ушам. «А может, все-таки не я? — гнал он прочь свои догадки. — Нет, этого не может быть… Я… точно я… но…»

— Ты что так разволновался? — посмотрела на него Татьяна. — Даже есть перестал.

— Такая неожиданность… Как же не волноваться. Кто отец?

— Вот и я так же отреагировала.

— А она что говорит?

— Ничего. Так и не сказала, сколько я ни выпытывала. Вильгельм окончательно понял, что отец он. Опустив голову, чтобы не смотреть в глаза Татьяне, он доедал пирог, но уже не чувствовал вкуса. В душе его бушевал пожар. Скоро должна прийти Полина, и он не знал, как произойдет их встреча. Ее появление пугало мужчину.

Он не мог представить, как она себя поведет, а ожидать можно чего угодно…

— Вильгельм, ты совсем сник. Не нужно так переживать. Мы же сможем вырастить малыша, если не объявится папаша, правда? Беременность протекает нормально, анализы все хорошие…

— Да, конечно, — вышел из оцепенения Вильгельм.

— Представляешь, я уже буду бабушка. Смешно…

— Какая ты бабушка, ты еще сама родишь, — не понимая, зачем говорит это, обнадежил муж.