Книга Когда ты проснешься…, страница 109 – Андрей Эмдин

Несмотря на то что мне удалось разглядеть в Ире это противоречие внутреннего и внешнего, я не наблюдал у нее никаких признаков страданий. Казалось, моя новая коллега намеренно создает этот сюрреализм внутри собственной персоны, чтобы умело использовать в своих хитрых целях, вводя собеседника в легкий экзистенциальный ступор.

Пока мы болтали, молодые архитекторы вернулись из магазина с полными пакетами провизии. И уже через несколько минут офис превратился в уютную квартиру, в стенах которой собралась теплая компания давно знакомых людей. Играла музыка, и архитекторы, танцуя и весело подзуживая друг друга, готовили закуски.

Банкет намечался грандиозный.

Наш маленький корпоратив затянулся. Все изрядно повеселели, непринужденно общались, и даже угрюмый Саша отпускал шуточки по поводу утреннего происшествия. Дима поддерживал его, в красках рассказывая, каким тяжелым испытаниям собирается подвергнуть несчастных игроков в будущих сценариях с негативным сюжетом.

В голове немного шумело от выпитого, в офисе был приглушен свет, негромко играла музыка, и царила уютная домашняя атмосфера.

Спустя несколько часов мы снова оказываемся с Ирой наедине, утомленные и слегка нетрезвые раскидываемся в больших мягких креслах. Примерный семьянин Илья попрощался со всеми, разрешил завтра приехать на работу к обеду и отбыл домой. Саша с Димой увлеченно насилуют Дрим-редактор в четыре руки, создавая какое-то новое игровое пространство. Судя по их хихиканью и заговорщицкому перешептыванию, там происходит что-то не совсем приличное. Они смеются, по очереди прикладываются к горлышку чего-то крепкого и вырывают друг у друга из рук клавиатуру Сашкиного компьютера.

Мы с Ирой какое-то время молча смотрим на дурачащихся, не замечающих нашего присутствия архитекторов, как вдруг она неожиданно предлагает:

— А пойдем нырнем?

— В виртуальный мир? — глупо уточняю я, пытаясь справиться с подступающим опьянением.

— Нет, блин, в прорубь! — смеется Ира.

— Где же ты в июне найдешь прорубь? — не распознав иронии, удивляюсь я.

— Вот сейчас загрузим программу арктической исследовательской станции и прорубим там прорубь!

— Почему бы и нет? — пожимаю я плечами. — Можем и нырнуть.

— Только давай не в снег, — неожиданно идет на попятную Ира. И вдруг предлагает: — Пойдем на Сашкин остров.

Ее выбор меня неприятно удивляет. Не слишком хочется возвращаться в столь значимое для меня место. Тем более с другой женщиной. Но Ира решительно встает и нетвердой походкой направляется к компьютеру, чтобы отправить в Дайв-спот нужную программу. Объяснять девушке причину своего нежелания отправиться на остров мне хочется еще меньше, чем возвращаться туда, поэтому я душу внезапный приступ сентиментальности и покорно бреду в комнату погружений.

Ира появляется в дверях Дайв-спота, когда я уже сижу в кресле. Она ловко запрыгивает в соседнее кресло, набрасывает на голову серебристый ободок и азартно подмигивает мне.

— Погружение? — раздается в голове знакомый голос.

— Погружение.

Тишина комнаты послушно сменяется шепотом колышущихся на ветру пальмовых веток и мерным шумом моря. Свет не пробивается сквозь веки. На острове продолжается ночь, включенная программистом в наш последний визит.

Сознание, как это обычно и происходит, абсолютно ясное. Прислушиваюсь к ощущениям и не чувствую и следа от выпитого на банкете спиртного. Ира сидит рядом и, скинув обувь, зарывается голыми ногами в прохладный песок.