Книга Не влюбляйся в меня, страница 141 – Даниэлла Ник

— Ты мне изменил?

— Нет, – находит в себе силы улыбнуться Арсений и тянется взять меня за руку, согревая теплом. – Мне не нужны другие женщины, Яся. Только ты.

Смотрит на меня молчаливым взглядом, продавливая своей энергетикой, отчего у меня ускоряется пульс.

— Не томи, Сеня!

— Завтра я улетаю в Америку. На год, – наконец, произносит он. – Поверь, мне очень непросто это говорить и в принципе принимать такое решение, но иначе никак, Ясенька. Списки утверждены Минздравом, в группе четыре человека – я, Сергей, Павел и Оливия.

Меня сотрясает мелкая дрожь, а изображение перед глазами плывет. Я задыхаюсь от тоски и ревности, а еще от непонимания ситуации. Америка? Откуда она взялась, черт побери? И эта мерзкая Оливия с ним. Она ведь не отцепится!

— В смысле ты улетаешь на год? – шепчу пересохшими губами, словно громом пораженная.

— Обстоятельства изменились, Яся. Прости, пожалуйста. Мне нужно быть в Америке.

— А как же я? Наш ребенок?

— У тебя угроза выкидыша, малышка. И рекомендован постельный режим. Ты же знаешь. Как все наладится, оформишь визу и прилетишь ко мне.

— А твоя лаборантка, получается, летит с тобой?

При упоминании Оливии, мне в буквальном смысле становится дурно. Ревность опаляет нутро.

— Боже! – рычит в ответ Арсений. – Хоть ты не выноси мне мозг, пожалуйста! Я работал над этим проектом пять лет. Пять лет, Ярослава! Предлагаешь слить мне все унитаз?

— Действительно. Проще слить меня!

— Я не собираюсь никого сливать! Что за бред? Я не бросаю тебя и не оставляю одну. С тобой остается вся наша семья, лучшие врачи. Я с тобой на связи. Это недолго. Месяца через два, я надеюсь, все наладится, и ты прилетишь ко мне в Массачусетс. Мы – семья, Яся. Ты, я и наш малыш.

— Почему Америка? Ты же говорил мне про Израиль?

Немыслимыми силами сдерживаю себя, чтобы не зареветь, ощущая в горле огромный ком.

— Израиль приостановил исследования. В Америке есть очень крупная фармацевтическая компания «Биоген», которая также как мы занимается разработкой лекарства для лечения мышечной атрофии. При совместном сотрудничестве мы имеем очень высокие шансы, наконец, успешно завершить клинические исследования и спасти тысячи жизней! – в голосе Арсения сквозит отчаяние вперемешку с надеждой, а лицо болезненно кривится.

Внутри меня такой ледяной холод, что даже страшно. Я не могу себе представить жизни без него. И в любовь на расстоянии я не верю. Как бы сильно я ему не доверяла, прекрасно понимаю, что может случиться все, что угодно. И я остаюсь одна. Да, родители и подруги – это прекрасно, но любимый человек рядом – совсем другое.

— Как ты все чудесно придумал, Арс! И со свадьбой подгадал вовремя. Родители в курсе?

— Разумеется. Я всех подготовил заранее! Яся, я понимаю, как тебе тяжело это понять и принять, но нужно быть сильной.

— Да пошел ты! Сильной! С чего ты взял, что я хочу быть сильной? – выкрикиваю я сквозь злые слезы. Подумать только! Все вокруг знали, кроме меня!

— Ясенька, любимая, не плачь! – пытается заключить меня в объятия, но я не даюсь.

— Это только в планах все бывает идеально, Арсений! – утираясь, рявкаю я, чувствуя, как тянет низ живота, но не могу взять себя в руки и успокоиться. – А что, если мне не дадут визу? Ты не подумал? Что тогда? Я прекрасно понимаю, что по щелчку ты не прилетишь из-за океана. Я знаю, насколько важно присутствовать в лаборатории. Я здесь тебя по нескольку дней не видела.