Книга Не влюбляйся в меня, страница 143 – Даниэлла Ник

Арс уже зарегистрировался на рейс, сдал багаж и ему давно пора проходить досмотр, но он все никак не уходит. В сотый раз прощается с близкими, а затем заключает меня в объятия.

— Ясенька, любовь моя, – с болью произносит он, в очередной раз вытирая мои горячие слезы. – Пожалуйста, будь сильной. Тебе не о чем переживать, родная. Я тебя так сильно люблю, что на две жизни хватит. Обещаю, совсем скоро мы будем вместе и никогда больше не расстанемся. Клянусь тебе.

Я снова срываюсь на рыдания, целуя его в последний раз. Веду себя как истеричка, цепляюсь за его пиджак, когда он пытается от меня уйти, едва не падаю на пол. Меня подхватывают чьи-то руки, как в тумане слышу слова, чтобы Арсений скорее уходил. Меня поят водой, умывают, суют под язык какую-то таблетку, после чего выводят на свежий воздух.

— Сейчас, моя хорошая! – приговаривает мама, помогая усесться в машину. Сама устраивается рядом и бесконечно гладит меня по голове. – Сейчас подействует таблетка и станет полегче. Марк, поехали в больницу!

— Не станет! – злобно выкрикиваю я. – Зачем вы все меня обманываете?

— Возьми себя в руки, Ярослава! Своей истерикой ты вредишь не только себе, но и малышу. Ничего смертельного не произошло. Люди летают в командировки. Это нормально! – пытается привести меня в чувство родительница, слегка встряхивая.

— Нормально? – усмехаюсь я сквозь слезы. – Ты тоже верила папе до последнего, когда он жил со степной кобылой ради карьеры. И чем это все закончилось? Я родилась без него, он все пропустил, познакомившись со мной только в три года!

Мама дергается как от удара по лицу, ее теплый взгляд стекленеет и становится безжизненным.

— Прости! – тут же понимаю, что наговорила лишнего и сорвалась на ней. – Пожалуйста, прости меня.

— Ты имеешь полное право так говорить, Яся, – наконец, отвечает она. – Но это наша жизнь и наша судьба. Ты проживаешь свою. И с Арсением у вас совершенно другая история. В ней нет других женщин, и, надеюсь, никогда не будет. А твоего отца я давно простила. Все мы не идеальны, я тоже в своей жизни натворила много глупостей. Но это наш путь. И только наш. Не бывает сказок, понимаешь? Как бы нам этого не хотелось.

Я понимаю, но очень хочу верить в них. Пока отец Арса везет меня в больницу, я засыпаю после бессонной ночи. На подгибающихся ногах добираюсь до своей палаты. Сквозь пелену слышу, как Марк Анатольевич дает распоряжение о капельницах для меня, после чего снова засыпаю. Мама дежурит рядом со мной, сквозь сон слышу, как она говорит по телефону с папой и тетей Дашей. Чувствую, как мне периодически поправляют иглу в вене, но даже глаза не могу открыть. До того я вымотана и обессилена.

Прихожу в себя глубокой ночью, словно очнувшись. Резко сажусь на кровати и осматриваюсь по сторонам. На кушетке около окна идентифицирую спящую маму, а на тумбочке рядом с моей кроватью корзину с цветами.

Катетер в вене пуст, лекарства мне не поступают. Безумно хочется пить и в туалет. Я осторожно свешиваю ноги и нащупываю кончиками пальцев тапочки. Аккуратно поднимаюсь и иду в санузел. Сделав необходимые дела, словно впервые рассматриваю себя в зеркало. Лицо ожидаемо опухло от слез, глазки маленькие и красные. Умываюсь холодной водой, вытираюсь полотенцем, а после машинально оглаживаю живот. Мягкий и безболезненный. Тонуса нет, слава богу.