Книга Бывший. Все вернется, страница 111 – Даниэлла Ник

— Умничка моя! Сладкая девочка!

Шире разведя ноги любуется розовой промежностью, как произведением искусства. Мне не стыдно ни капельки. Проводит пальцами по расщелине, размазывая скопившуюся влагу по губкам, ласкает клитор круговыми движениями, растягивая удовольствие затухающего экстаза.

— Любимый мой, да, как приятно! — в исступлении стону, снова возбуждаясь. А он будто этого и ждал, поднимается на ноги, в мгновения ока снимая с себя джинсы и боксеры. Я в восхищении смотрю на мощный орган, который подергивается от нетерпения.

— Перевернись на животик, Света. Хочу тебя сзади!

Помогает мне перевернуться и встать на колени, подкладывая подушку. Приставив головку к дырочке, мягко толкается внутрь, скользя как по маслу.

— Ох, какой кайф! — утробно стонет, двигаясь во мне. Сначала неторопливо, растягивая под свой размер, затем постепенно ускоряясь. Я скулю и стону от наслаждения, как такое возможно вообще? Я улетаю в небеса, никогда и ни с кем не испытывая такие невероятные ощущения.

Я опираюсь на локти, грязно прогибаясь в пояснице, со всей силы насаживаясь на каменный член. Волна наслаждения совсем рядом, я держусь из последних сил, чтобы продлить миг удовольствия, как меня смывает волной. Нет, не волной, а цунами экстаза. Он длится сумасшедше долго. Стенки влагалища плотно сжимают орган, и Саша, наконец, изливается в меня на бешеной скорости.

Падает на меня сверху, и мы лежим, слившись в единое целое. Я мысленно возвращаюсь в тот день и вспоминаю, что желание, которое я загадала тогда, задувая свечку на именинном торте, сбудется семнадцатого февраля.

Спустя четыре месяца

— Солнце мое! — напутствует меня Саша перед выходом на сцену. — Как бы ни прошло твое выступление — ты у меня самая лучшая. Все получится, родная.

Я целую его в губы, затем кладу в рот немножко соли из пластмассового желтка из Киндер-сюрприза. Это мой талисман еще с детства. Искренне верю, что соль размягчает связки и помогает лучше петь, наивная.

— Давай сюда яичко! — смеется он. Вижу, что волнуется, но виду не подает.

На сцене огромного концертного зала Исса ведущие о чем-то шутят, и на огромных экранах, транслируя на всю страну, появляется моя визитка. В ней рассказывается откуда я, мои основные факты биографии и, наконец, свадебные фотографии. На них мы счастливо улыбаемся с мужем. Муж, такое короткое и емкое слово. Самое лучшее на земле. Чувствую, как сынок внутри толкает меня ножкой.

— Волнуешься, Данила? — шепчу я, положа руку на округлившийся живот. — Все хорошо будет. Помогай маме!

Коротко киваю побледневшему Матео, и с ребятами мы поднимаемся на сцену. Он ужасно переживает. Еще бы, мы готовились к этому событию почти восемь месяцев. Правда, судьба внесла коррективы, и концепция выступления была срочно изменена. Подвешивать меня беременную на тросах в шикарном платье было небезопасно, поэтому срочно пришлось заказывать макет земного шара с удобной платформой на колесах, чтобы я не свалилась и не сломала себе шею. Платье тоже пришлось немного перешивать, потому что в талии оно мне стало безбожно мало. Мы с командой уверенно прошли в финал, обойдя ближайших соперников из Израиля и Мальты на целых пятьдесят баллов, и являемся фаворитами. Волнуюсь ли я? Конечно. Ведь на моих плечах лежит участие в Международном конкурсе и борьба за победу для любимой страны.