Книга Бывший. Все вернется, страница 113 – Даниэлла Ник

Шесть лет спустя

— Морозов Данила, как слышно? Прием! — говорю я в радионяню, довольно поглядывая на свою жену.

— Морозов Александр, слышно хорошо. Прием! — отвечает мне наш пятилетний сын, чуть картавя.

— Как там Дарья?

— С Дарьей все хорошо! Она проснулась и играет погремушкой. Ой, пап, кажется, она навалила!

— Конец связи! — хихикаю я, отключаясь.

— Иди, мой ее! — толкает меня в плечо Лана. — Твоя очередь!

— А где же наша бабушка?

— Она на улицу вышла, цветы поливает и присматривает за Демьяном, он на улице лучше спит.

— Хорошо, малышка! — чмокаю ее в щеку и поднимаюсь. После утреннего секса слегка растрепанная и невероятно красивая.

Она провожает меня горящим взглядом и счастливо улыбается. Такая милая суперзвезда в пижамке с овечками.

— Ну, Дань. Тащи подгузник! — командую, заходя в детскую.

— Ага! — кричит он, уворачиваясь от моих объятий. — Нашел дурачка. Она же воняет. Я к маме побежал.

— Мама пусть отдохнет, сынок. Она до трех ночи писала, не выспалась. И близнецы беспокойно спали.

— Тогда ты со мной пойдешь играть в футбол!

— Без проблем! — ловко управляюсь с салфетками и меняю памперс.

На секунду зависаю, рассматривая крохотные пальчики на ножках и розовые пяточки. Не удерживаюсь, и чмокаю их. Дочка весело хохочет. Милаха такая.

Наш старший сын похож на меня, а близнецы получились разные. Дочка унаследовала мамину внешность, а младший сын — похож на меня. Девочка очень звонкая и крикливая, похоже, тоже будущая певица.

Лето мы проводим на Кипре, на нашей вилле, доставшейся от Петра Сергеевича. Свекровь с нами не живет. Мы купили огромный дом по соседству с Подгорными в закрытом поселке, мама выучилась на права и часто приезжает в гости. На лето мы взяли ее с собой и няню Вику. Сегодня у няни выходной — справляемся самостоятельно.

Жизнь со звездой — это качели, даже нет, американские горки. Только расслабишься, как куда-то летишь, и слава богу, если вверх. Постоянно надо быть в тонусе. Первые пару лет было особенно тяжело, Данила рос очень беспокойным, малыша мучили колики, а дневной сон был только в коляске. Спал он по три часа, и нужно было беспрестанно ее катить. В день я мог проходить десять километров, гуляя в парке, параллельно решая рабочие вопросы, давая молодой мамочке отдохнуть. Самое главное, что мы уяснили, став родителями — в любой удобный момент, ложись спать. Разумеется, нам очень помогала бабушка и приходящая уборщица. Лана кормила грудью до полутора лет, и мы были привязаны к сыну. Бутылки и соски он не признавал, и везде путешествовал с нами. Сейчас же он очень самостоятельный и важный. Еще бы! Старший брат!

За всю нашу семейную жизнь, настолько непохожую на мой первый неудачный опыт, мы пришли к единому мнению. Разговаривать всегда. Обсуждать проблемы, претензии, планы на будущее. Не молчать и не замалчивать. У нас нет такого, чтобы мы поругались и не разговаривали. Это длится максимум пять минут.

Я люблю ее больше жизни, Лана — просто невероятная. Совмещает в себе столько ролей, что я даже диву даюсь, насколько она талантливая. Дома — чудесная жена, горячая любовница и прекрасная мама, которая готовит на завтрак по утрам блинчики и сырники. На работе — роковая красотка, суперстар. Харизматичная и яркая. Я не знаю, где она берет силы, но ее энергия и запал, кажется, не иссякают. Как и вдохновение. Находясь на седьмом месяце беременности двойней, она записала новый альбом, работая по двенадцать часов в день.