Книга Бывший. Все вернется, страница 55 – Даниэлла Ник

— Знаешь, что ты идеальная? — спрашивает Саша, неслышно подходя сзади и крепко обнимая меня за талию.

— Разумеется! — фыркаю я, разворачиваясь к нему лицом. — А еще самая умная и красивая девочка на свете!

— И скромная, да? — хохочет мужчина, целуя меня в губы. Выглядит великолепно. Легкая небритость, волосы влажные после душа. Белое пушистое полотенце обернуто вокруг бедер, сквозь которое явственно угадывается эрегированный член.

— Это не я придумала! — хихикаю. — Когда была маленькая, я смотрела мультфильм «Ох, уж эти детки». Там был персонаж Анжелика Пиклз, очень она мне нравилась. Так это ее коронная фраза.

— Ммм. Интересно! А кто был твой кумир в детстве?

— Уитни Хьюстон и Тина Тернер. А у тебя?

— А у меня Сергей Бодров.

— Жалко его, да?

— Очень. Мой девиз по жизни «Сила — в правде».

— А мой «Каждому — свое!»

— Емко! А ты и вправду очень умная, Лана! — вновь смеется он.

— Спасибо! И ни капельки не хвастливая! — прижимаюсь к твердой груди. Невероятно. Я могу дышать им и прикасаться, трогать и целовать. Это сон? — Садись завтракать, я правда опоздаю!

С сожалением отлепляемся друг от друга, усаживаемся за стол. Одновременно у нас начинают вибрировать телефоны, лежащие на поверхности. Матео и Марьям. Как вовремя.

— Ответишь? — спрашиваю я.

— А ты?

— Конечно.

— И я отвечу.

— Да! — снимаю я трубку.

— Солнце мое, меня охрана к тебе не пускает! Причем в паркинг проехал, а в твой лифт не могу пройти.

— Ты прилетел? — растерянно спрашиваю, морщась от тупости вопроса.

— Конечно! Только из аэропорта. Позвонил Артему, он сказал, что ты еще должна быть дома. Решил сделать сюрприз!

— А. С прилетом!

— Так я зайду? Сообщи им, чтоб пустили.

Краем уха слушаю, о чем говорит Саша со своей женой. Параллельно вести диалог и слушать разговор, выходит из рук вон плохо. Вижу, что мужчина очень недоволен звонком, но пытается держать себя в руках.

— Лана! — доносится из трубки. — Ты уснула там?

— Прости, Матео. Я заболела, похоже! — ляпаю я первое, что приходит на ум, покашливая. — Не хочу тебя заразить!

— У меня отличный иммунитет! Не волнуйся, дорогая моя.

— Извини, я только встала, не могу тебя принять.

— Я подожду в машине тогда. Хорошо? Хочу тебя увидеть.

До слуха долетают Сашины слова о том, что он занят, и перезвонит позже.

— Я не уверена, что выйду из дома сегодня. Давай встретимся завтра. Думаю, мне станет лучше.

— Хорошо. Передам цветы и хамон твоим стражникам. Я очень соскучился, позвони мне.

— Хорошо, наберу!

Скидываю звонок и усаживаюсь на стул, невозмутимо отрезая кусок бекона.

— Как дела? — присаживаясь напротив, интересуется Саша.

— Отлично! А у тебя?

— Тоже все хорошо. Втроем позавтракаем?

— Может, вчетвером? — не сдерживаюсь от комментария. По венам расползается едкая ревность. И такое прекрасное утро уже не кажется прекрасным. Серая Москва, унылая серость. И дома будто бы зябко. Поплотнее запахиваю халат, и делаю глоток кофе.

— Не люблю делиться! — глядит прямо в глаза.

— Я тоже! Я же одна в семье. Жесткая единоличница.

— Я ведь тоже один ребенок в семье, если ты не забыла, Звездочка. Эгоист еще тот.

Некоторое время мы молча завтракаем, излишне постукивая приборами по тарелкам.

— Знаешь что? — одновременно начинаем мы, подняв глаза. Смотрим друг на друга, и начинаем дико ржать.