Книга Сводные. Запретное влечение, страница 52 – Даниэлла Ник

— Ого! Как так?

— У лифта стояла и выронила! – шмыгаю носом и отчаянно краснею. – Такая растяпа.

— Ну, девочка моя! Поехали, новый купим. Только не плачь!

Паша щелкает ремнем и подается мне навстречу, обхватывает ладонью шею и прижимается к моим губам. Аромат его парфюма проникает в нос и расползается по венам. Мне нравится, как он пахнет. Не так мужественно, как Слава, но тоже очень неплохо.

Щетина оцарапывает щеки, мягкий язык плавно толкается в мои рот и тщательно вылизывает его. Я закрываю глаза, пытаясь отключить мозг. Вот же, меня целует другой. Мой парень – Павел Голубев. Молодой, красивый, перспективный и без беременных петербурженок. Расслабься уже и получай удовольствие, Санталова!

— Мне не надо, Паш. Я сама! У папы попрошу.

— Я так и не придумал тебе подарок, Сонечка! – жарко шепчет парень. – Считай, Дед Мороз принесет!

Я отрицательно мотаю головой. Еще чего! Это же так дорого! От жарких поцелуев нас отвлекает звонок его айфона, лежащего на консоли.

— Блин, мама! – с сожалением отрывается от меня Голубев. – Да, мам.

— Сынок! – льется через динамики мелодичный женский голос. – Вы скоро?

— Едем, мамуля! Будем минут через тридцать. У нас тут дело важное нарисовалось, прости!

— Хорошо. Мы с папой очень вас ждем. Я тогда мясо ставлю в духовку. Сонечка ведь ест говядину?

— Ест, мам! – смеется сын. – Не волнуйся!

Мне безумно приятно, что его мама так подходит к нашему приезду. Она мне уже заочно нравится. С моей мамой Павел знаком, это вышло непреднамеренно. Мы сидели с ним в машине, а она как раз возвращалась домой с работы. Он ей очень понравился, особенно тем, что обеспеченный москвич. Правда, знакомство вышло скомканным, но уж как получилось.

Не смотря на мои категоричные возражения, мы заезжаем в магазин электроники и Павел оформляет айфон последней модели. Там же мне мгновенно переставляют сим-карту и синхронизируют данные.

— Паша, блин, не стоило! – лепечу я.

Благодарно целую его, а он подхватывает меня на руки и кружит посреди зала.

— Для своей девушки я горы готов свернуть. С ума меня сводишь, Санталова!

— У моего брата свадьба шестого февраля в Питере. Поедешь со мной?

— В Питер? Конечно поеду. У меня там столько знакомых! Там и родители твои будут?

— Папа! – смеюсь я. – Моей маме там делать нечего. Она терпеть не может папину Катеньку и ее сына. Сложно все.

— С папой давно хочу познакомиться! Сказать спасибо за такую прекрасную дочь.

— Что же во мне прекрасного, Паш? Обычная!

— Нет, Соф. Самая лучшая!

Паша настолько искренен и трогателен в своих словах, что у меня даже сердце сладостно сжимается, до чего приятно это слышать. Но, в тот же момент, накатывает чувство стыда. Я не знаю, как могут спокойно жить люди в парах, где изменяют друг другу. Но это просто отвратительно. Понимаю, что не смогу причинить ему боль своим признанием, и успокаиваю себя, что он никогда не узнает о том, что произошло на новогодних каникулах. А о любви к Славе и тем более.

Родители Павла оказываются милейшими людьми. Мама такая внимательная и заботливая, даже тапочки специально для меня купила. Чем-то она напомнила мне Катеньку. Они примерно одного возраста и типажа. Людмила тоже брюнетка с теплыми карими глазами. А вот папа Паши, Богдан, блондин с голубыми. Ему около пятидесяти, очень энергичный и веселый. Никакого смущения от общения с ними я не испытала, ужин получился очень теплым и приятным. Людмила прекрасно готовит, говядина просто во рту таяла. Я в восторге.