Книга Кот в мешке, или Анатомия одной измены, страница 13 – Лара Читай

Но внутри меня что-то ёкнуло. Что, если это просто её шарф, который она забыла в машине, когда они ездили на вызов? Что, если всё не так? Что, если я просто веду себя как параноидальная дура?

— Нет, — сказала я себе вслух. — Я не дура. Я просто осторожная. Это разные вещи.

Я закрыла машину, пошла домой и села на кухне. У меня было три часа до того, как нужно забирать детей из сада. Три часа для расследования.

Я открыла ноутбук и начала гуглить. «Алина Ветврач», «Клиника Белый клык», «Антон и Алина». Я искала любые упоминания, любые фотографии, любые намёки на роман.

Я нашла её страницу в Инстаграме. Там были фото с животными, фото с конференций, фото с коллегами. И на некоторых из них был Антон. Они стояли рядом. Они улыбались. Они смотрели в камеру. И я чувствовала, как внутри меня растёт ком обиды.

Я прокрутила до самого низа. Там было фото, под которым Алина написала: «Спасибо, Антон, за то, что научил меня работать с экзотикой. Ты лучший наставник». Наставник. Всего лишь наставник. Но я знала, что в таких словах часто скрывается что-то большее.

Я решила написать ей. Анонимно. Я создала фейковый аккаунт и отправила ей сообщение:

«Привет! А ты работаешь с Антоном? Он классный ветврач, правда?»

Ответ пришёл через минуту:

«Да, он гениальный! Мы с ним спасаем животных вместе! Это лучшая работа в мире.»

«А вы часто вместе работаете?»

«Почти каждый день. Но это круто! У него очень крутая команда»

«А он тебе нравится?»

Я затаила дыхание. Она ответила через несколько секунд:

«Как коллега? Конечно! Он очень добрый и профессиональный. А почему ты спрашиваешь?»

Я запаниковала. Я не знала, что ответить. Я просто вышла из аккаунта и закрыла ноутбук.

«Она не сказала, что любит его, — подумала я. — Она сказала только «как коллега». Может, я действительно всё придумала?»

Но шарф в моём кармане весил как тонна свинца. Шарф не врал. Шарф был реальным. Шарф пах духами. И это был не мой шарф.

Я решила, что мне нужен план Б. Я должна поговорить с Антоном. По-человечески. Без скандала. Без сковородки. Просто поговорить. Спросить его, что происходит. Сказать ему, что мне страшно и одиноко. Что я чувствую себя брошенной.

Но для этого мне нужно было собраться с духом.

В 12 часов я поехала забирать детей. Когда я вошла в сад, Лиза подбежала ко мне и сказала:

— Мам, а я сегодня рисовала папу!

— Молодец, — сказала я.

— Я нарисовала его с тётей Алиной!

Я замерла. Внутри меня всё оборвалось.

— Что? — переспросила я.

— Ну да, — сказала Лиза, протягивая мне рисунок. — Вот папа, а вот тётя Алина. Они держатся за руки!

Я посмотрела на рисунок. Там был нарисован Антон, а рядом — длинноволосая женщина. Они действительно держались за руки. Моя пятилетняя дочь нарисовала мужа с другой женщиной. Держащимися за руки. Это была не просто фантазия. Это был знак. Знамение.

— Лиза, — сказала я, стараясь говорить спокойно, — а почему ты нарисовала их за руки?

— Потому что они дружат! — сказала Лиза. — Они всегда смеются вместе. Они похожи на друзей.

Я посадила детей в машину и поехала домой. По дороге я смотрела на них в зеркало заднего вида и думала: «Что я делаю? Я же разрушаю нашу семью своими подозрениями. Я же вижу то, чего нет».

Я остановила машину у дома, взяла Мишу на руки и повела всех наверх. В квартире я разложила детей по местам: Матвей — к мультикам, Лиза — к раскраскам, Миша — в манеж. И села на диван.