Книга Забытое дело Калевалы, страница 45 – Анна Князева

Стерхова замерла посреди комнаты. На столе в вазе с водой стоял букет цветов. Большой. Яркий. Свежий.

Она задержала взгляд на несколько секунд. Потом спокойно сказала:

— Подождите меня на улице. Я только переоденусь.

Мелентьев кивнул, направился к двери и вдруг остановился. Сунул руку во внутренний карман, достал сложенный вчетверо лист.

— Вот, почитайте.

— Что это?

— Жалоба на Микко Кеттунена. Нашёл в документах леспромхоза.

Она развернула лист.

Рукописные строки на пожелтевшей бумаге. Внизу подпись: Илмари Кеттола.

Стерхова удивленно взглянула на Мелентьева. Потом опустила глаза и стала читать вслух:

— Директору Сортавальского леспромхоза от жителя деревни Вуори Кеттола Илмари Антоновича. Сообщаю, что лесник Микко Кеттунен в ночь с 29 на 30 апреля неправомерно задержал меня в лесу возле финских укреплений.

Она снова посмотрела на Матти с еще большим удивлением.

— При задержании он допустил рукоприкладство. Прошу разобраться и наказать лесника Кеттунена.

Стерхова замолчала. Пробежала взглядом последний абзац, потом прочитала вслух:

— Также сообщаю, что в ту ночь Кеттунен находился в лесу при странных обстоятельствах. Он прятался и боялся, что его могут заметить.

Стерхова свернула лист и подняла глаза.

— А сам-то Кеттола что делал ночью в лесу?

Мелентьев взялся за ручку двери.

— Надо бы его расспросить.

Стерхова усмехнулась.

— Легко сказать. Сложнее сделать. Виделась с ним сегодня.

Мелентьев вышел.

Стерхова быстро переоделась и перед тем, как выйти, оглянулась на стол. Коробка с вещественными доказательствами стояла на том же месте, где её поставил Мелентьев.

Заперев дверь, она дернула за ручку.

Закрыто.

«Нива» ехала по лесной дороге. Колеса шли по колеям, наполненным бурой водой. Машину бросало из стороны в сторону. Мелентьев вел медленно, объезжая ухабы.

На коленях у Стерховой лежала карта из запасника «Карельского бастиона», исчерченная линиями и обозначениями. В руке она держала телефон, сверяла карту с навигатором.

Синяя точка на экране двигалась медленно, практически – ползла по экрану. Наконец, она сказала:

— Кажется, приехали. Это где-то поблизости.

Мелентьев остановил «Ниву» у поваленной сосны. Заглушил двигатель. Заглянул в ее телефон, потом перевел взгляд на карту, развернутую на коленях Стерховой. Сравнил.

— Придется пройтись пешком.

Они вышли из машины.

В лесу было тихо. Звенели комары, и где-то стучал дятел.

Мелентьев двинулся первым, раздвигая колючие кусты. Стерхова – за ним, прижимая к груди карту.

Кусты цеплялись за одежду, ветки хлестали по лицу. Под ногами чавкала вода. Почва была болотистой. Местами нога проваливалась по щиколотку в бурую жижу.

Мелентьев шел молча, только однажды оглянулся и спросил:

— Вы хоть представляете, как выглядит финский командный пункт?

Стерхова ответила серьезно, без тени сомнения:

— Скорее всего, заваленный вход в скальном массиве. Если верить служебной записке Кеттунена – внутри должна находиться дверь.

Мелентьев хмыкнул и зашагал дальше.

Они блуждали долго.

Местность не менялась – заросшая низким кустарником, с редкими островками мха и чахлыми, кривыми деревьями. Вскоре появились кочки. Вода стояла между ними темными зеркалами. Скального массива не было и в помине.

Стерхова остановилась и вытерла лоб ладонью.