Книга Не жди меня долго, страница 69 – Анна Князева

Анна взяла бумаги.

— Спасибо. Теперь идите отдыхать.

Горшков снял со спинки стула свой пиджак, надел его на себя и направился к двери. У выхода из комнаты, обернулся и посмотрел на Стерхову с уважением и легкой иронией:

— Вы тоже не перерабатывайте, Анна Сергеевна.

Стерхова осталась одна, достала из сейфа папку и вернулась к своему рабочему месту.

Уже через минуту она погрузилась в изучение следственных документов. Время летело незаметно, унося все дальше в глубины прошлого. Время от времени Анна останавливалась, откидывалась в кресле и пристально смотрела в потолок, мысленно соединяя разрозненные факты в одну общую картину.

Вскоре Стерхова нашла протокол, в котором были показания свидетельницы Мартыновой. Она явилась в отделение по собственной инициативе после того, как увидела в местной газете фотографию трупа неизвестного. Матвеева утверждала, что 11 октября видела этого мужчину в междугородном переговорном пункте. Но, заказывал ли он телефонный разговор или нет, она утверждать не могла.

Таким образом, версия Горшкова нашла свое косвенное подтверждение, хоть и не принесла ощутимых результатов. И, судя по отсутствию подтверждающих документов, первичное следствие не уделило этим показаниям никакого внимания.

Далее Анне попалась еще одна интересная информация – показания гостиничной горничной. Она рассказала, что 11 октября видела неизвестного дважды. Утром у стойки администратора, когда он хотел заселиться, и вечером на четвертом этаже. Он стучался в какой-то номер, но ему не открыли. На вопрос следователя: уверена ли она, что это был именно тот мужчина, горничная выразила неуверенность, сказав, что в коридоре было темно, и она могла ошибиться.

Чем дальше Стерхова углублялась в следственные материалы, тем яснее становилось, что следователь допустил множество ошибок, не уделил внимания очевидным фактам, деталям и мелочам.

Оно и ясно: времена были неспокойные. Работы у следственных органов было много.

В середине дня в комнату быстрым шагом вошел Петров. Его лицо было разочарованным и напряженным.

— Ну, что, Лев? – спросила Стерхова, отрываясь от документов.

— Я не смог найти вашу Румико! – доложил Петров. – Искал везде. Говорил со знакомыми и с портье. Обманом, с горничной, проник в ее номер. Вещи на месте, а самой Румико нет. Звонил матери во Владивосток, туда она тоже не возвращалась. Мобильный телефон по-прежнему недоступен.

Анна слушала и чувствовала, как внутри нее нарастает тревога.

— Боюсь, это плохо может закончиться.

Петров нервно переступил с ноги на ногу:

— Что делать-то будем?

Стерхова глубоко вдохнула, приводя мысли в порядок.

— Пока займитесь другим. Найдите возможность отправить в московское следственное управление пакет с вещами Головенко. Это срочно. Лучше, с оказией. Так быстрее.

— Понял. Сделаю.

Забрав у нее пакет, Петров вышел из штаба.

Оставшись одна, Анна вспомнила про списки, которые дал ей Горшков. Она достала из файла ксерокопии и бегло просмотрела фамилии членов научной экспедиции. Среди прочих фамилий знакомой была лишь одна – Воронин. Алексей Семенович Воронин, научный руководитель экспедиции, отец режиссера.

После этого Стерхова перешла к списку членов команды «Океаниды». Ее взгляд заскользил по строчкам, и вдруг остановился на одной: матрос Ямихико Хирано.