Книга Ни любви, ни денег, страница 50 – Соня Дивицкая

С первой же встречи между ними было все предельно ясно. Ей тридцать лет, ей надо замуж и рожать. Он пашет и не может жить один. На размышления и притирку характеров они могут потратить один год, больше не имеет смысла. Романтики и нервотрепки никакой, все тихо и по-взрослому, так оказалось даже лучше. Доктор устал от романтики со своей первой женой, которая имела привычку позвонить ближе к концу рабочего дня и томным голосом сообщить: «Я в шикарном отеле… Жду тебя». А потом в конце месяца, когда от его зарплаты ничего не оставалось, она же первая и начинала визжать. Доктора до сих пор еще передергивало от резких звуков. Раньше в девушках его привлекал темперамент, эмоции, страсть, потом он понял: все это замечательно, но только для кино, для жизни хочется чего-нибудь потише.

—

Первую жену звали Майя, это имя ей очень подходило. Всегда она в чем-то прозрачном и легком, платье на ней всегда струилось, на талии она вечно собирала его какими-то оригинальными плетеными поясами… И шарфик обязательно, и сладенький парфюмчик, цветочный… Беззаботная такая, легкая пчелка. Порхает, мечтает, жужжит.

— Жора! Жора! – так звали доктора. – Ты там поедешь мимо… Купи пирожков… Я с семгой хочу пирожочков!

После школы она поступила то ли в институт культуры, то ли в педагогический, не знаю точно, да это и неважно, все равно факультет она бросила. Поболталась там примерно годик, а потом вышла замуж и сразу забеременела. Академический ей брать не захотелось, Майя решила всю себя посвятить семье, хотя вполне могла бы совместить и семью, и учебу.

«Что там учиться-то в твоем кульке?» – я ей об этом говорила, когда мы с ней пересекались на выставках прикладного искусства, на тусовке народных рукодельниц, если точнее. Нет, Майя плела кружевные паутинки, украшала их бисером, а напрягаться она не любила. За это ее частенько упрекали, на упреки она никогда не обращала внимания. И за это ее ругали тоже, за то, что она никогда не слушает, что говорят ей умные люди, но и это она пропускала мимо ушей. А я бы, кстати, похвалила ее за такую невозмутимость и сосредоточенность исключительно на своем внутреннем мире. Пусть Майя и дура, на чем принципиально настаивает Татьяна Стрельникова, а тем не менее умеет девушка на посторонние шумы внимания не обращать.

Майя решила, что высшее образованье ей не нужно, вроде бы она говорила, что время тратить не хочет, и вообще, зачем ей получать бесполезную профессию, если она все равно не собирается работать. «Пусть муж работает, а я буду дома с ребенком сидеть», – это она не сама так решила, а где-то подслушала, Майя многие вещи уверенно и как от первого лица за кем-то повторяла. В общем, все было хорошо у Майи, она родила девочку и засела за пяльцы счастливой домохозяйкой, в том сезоне как раз в моде были счастливые домохозяйки.

Что интересно, она и правда была счастливой, как-то мы встретились с ней в «Детском мире», она хвалилась, что муж у нее врач, но не могла тогда вспомнить, фтизиатор он у нее или физиотерапевт. Потом она припомнила, что фтизиатор лечит туберкулез, но не смогла вспомнить, что лечит ее муж. Как-то путано начала объяснять, что он там у себя в больнице сидит на каких-то аппаратах, сказала, что к нему лечиться ездят наши футболисты, хвалилась, что он у нее хотя и молодой, но очень перспективный, так что я ее примерно поняла, решила, что он спортивный врач. Майя со мной согласилась и хохотала: «Какая разница, что он там делает на своих аппаратах! Лишь бы деньги домой приносил». Это мама ее так научила, мама ей говорила: «Какая разница… главное, чтоб деньги». Да, грубовато, грубовато для такой воздушной девушки, но извинить ее за это можно, мало ли кто какую глупость за своей мамой по неопытности повторяет.