Книга Без суда и совести, страница 64 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Что вы имеете в виду? – нервно уточнила я.

— Ну, как же. – Надежда, судя по виду, удивилась моему вопросу. – Судопроизводство часто требует понимания тонких юридических, психологических и моральных аспектов, которые недоступны ИИ. Например, в сложных или прецедентных делах критически важно учитывать контекст, мотивы сторон и человеческие факторы. И вообще во многих юрисдикциях, включая Россию, окончательное решение всегда остается за человеком. ИИ рассматривается как вспомогательный инструмент, а не как замена судьи или его помощника.

Нет, кажется, она просто так сказала, не имея в виду ничего определенного. Я немного расслабилась.

— Вы правы, – сухо проговорила я, еще не придя в себя от внезапного испуга, – с внедрением ИИ появятся дополнительные обязанности, связанные с работой с технологиями: настройка параметров систем, интерпретация результатов анализа, обучение работе с новыми инструментами. Вон, посмотреть хотя бы на Тиму. Он уже перешел на новую должность, теперь отвечает за техническую сторону, работу с ИИ-системами, логистику, менеджмент технологий.

— Да брось, Антоха, – в разговор включился Тимофей. – В российской судебной системе такой дефицит сотрудников, что автоматизация может помочь снизить нагрузку, но не заменит полностью человеческий ресурс. А что касается международного опыта, так в Китае, где активно внедряют ИИ в судебную систему, значительных сокращений персонала не наблюдается. Помощники судей и секретари перешли от традиционного ведения записей к работе с умными системами – они проверяют и редактируют документы, созданные ИИ. Мне-то уж поверь, я этот вопрос детально изучал.

— Вы недооцениваете всю опасность, – проворчал Антон, явно не собираясь сдаваться.

— Время покажет, кто из вас прав, – дипломатично заметила я.

— Ага, только для нашего поколения может оказаться уже поздно, – с горечью заметил Антон.

— Ладно, пошли работать, – оборвала их посиделки я. – Пока еще вам не угрожает остаться без работы, а это означает, что ее нужно выполнять качественно, а не бить баклуши. Дмитрию Владимировичу привет.

— Передам, – сквозь зубы бросил Антон и ушел, чуть ли не хлопнув дверью.

* * *

Натка сидела в гостях у своей подруги Варвары Гладышевой, с умилением наблюдая, как та кормит своего сына Виталика, которому недавно исполнилось четыре месяца. Старшие дети Вариного мужа Виктора – Петька и Алиса – были в школе и детском саду соответственно, а сам Виктор работал в своем кабинете за плотно закрытыми дверями.

Трудился Виктор в крупнейшей IT-компании страны и работать мог удаленно, что позволяло ему, во-первых, жить за городом, в доме, оставленном Варваре ее первым мужем Виталием Мироновым, а во-вторых, помогать супруге с ребенком. Натка до сих пор еще не совсем пришла в себя от решения Варвары назвать ребенка от второго мужа именем первого, но Гладышевых ничего не смущало, а это главное.

Поедая вкуснейшее печенье, которое домовитая Варя пекла сама, Натка взахлеб рассказывала о своих решениях по внедрению искусственного интеллекта в деятельность своего ТСЖ. Варя, казалось, слушала вполуха, сосредоточившись на ребенке, но Натку это не смущало.

— А что, интересно, – вдруг услышала она и, повернувшись, обнаружила в дверях Виктора. Она понятия не имела, что он там стоит.