Книга Квартира в раю, страница 50 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Погодите, Варвара Ивановна. – Натка смотрела на меня внимательно. – Лена сказала, что практически нет зацепок. А значит, какую-то возможность что-то изменить она все-таки увидела.

Да уж. Моя младшая сестра действительно хорошо меня знает. Уловила в сказанном мной слово, за которое можно уцепиться. Что ж, после того, как я вытащила ее из манзанийской тюрьмы, опираясь на дыры в тамошнем законодательстве, а заодно и на чудовищную коррупцию во всех органах власти, у нее есть право считать судью Кузнецову всемогущей. Я невольно улыбнулась.

— Как судья, я вижу в этом деле только одну вероятную возможность – подать коллективный иск от жильцов дома, но не на действия правления, а на легитимность регистрации устава. Если добиться решения суда о незаконности принятия устава ТСЖ и обязать товарищество собственников жилья разработать, принять и зарегистрировать новый устав, то вы сможете переломить ситуацию. Только нужен сильный юрист, который составит вам текст нового документа с учетом всех возможных подводных камней.

— Вот, я же говорила! – торжествующим голосом сказала Натка. – До чего же все-таки у меня башковитая сестра.

— А вы нам поможете? Составить иск и рассмотреть его? – с надеждой в голосе спросила Варвара Ивановна.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет. Из-за конфликта интересов. Я сама живу в этом доме, а значит, лицо заинтересованное. Вести заседания и даже участвовать в них я по закону не могу. Да и дом наш располагается в юрисдикции совсем другого районного суда. Я же работаю в Таганском. Вам придется искать кого-то другого. Но хороший адвокат у меня есть. И Наташа, кстати, тоже ее знает.

— Да, Марина Ракова. Она очень мне помогла, когда мы с Костей Настю усыновляли. То есть удочеряли, конечно. Без нее и без Лены я бы совсем тогда пропала. А сейчас у нас все хорошо, – подтвердила Натка.

— А она и в коммунальных делах разбирается?

— Да, она очень грамотный юрист, – подтвердила я. – Наташ, а где Костя? Почему его в выходной дома нет?

— На работе, – объяснила сестра, вздохнув. – Иногда я думаю, что это его новое назначение не такое уж и счастливое событие. Днюет и ночует теперь на работе. Устал весь и задергался. Раньше-то только за себя отвечал, а теперь еще и за кучу подчиненных, только и успевает чужие косяки разгребать.

— Тяжела начальничья доля, – согласилась я. – Впрочем, и у бизнесменов не лучше. Виталий в командировку тоже на все выходные уехал. А что делать, хочешь кататься – люби и саночки возить. Ладно, пойду я, пожалуй. Нужно в магазин сходить, да и прогуляться немного. У меня голова тяжелая, надо свежим воздухом подышать.

— Да уж, бледная ты какая-то, – согласилась Натка. – Погоди, я тебе тарелку верну. Помою только.

— Потом заберу, – махнула рукой я. – Чего взад-вперед пирог перекладывать. Развалится.

— Так нечему там разваливаться. – Натка вдруг рассмеялась. – Ты ж его весь съела.

Я в немом изумлении уставилась на тарелку из-под шарлотки, на которой сиротливо лежали два небольших кусочка. Что значит, я съела?!

— А то и значит, – ответила Натка на невольно заданный вслух вопрос. – Ты устав читала и машинально брала кусок за куском. Мы с Варварой Ивановной по кусочку съели, да вот детям на троих два кусочка осталось. А все остальное ты схомячила, честное слово.