Книга Королева блогосферы, страница 77 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Это я уже понял. – Миронов усмехнулся. – Говори, раз надо.

— Речь пойдет о Сашке. Лениной дочери.

Официантка принесла бокал с вином. Миронов слегка взболтал его, глядя, как рубиновая жидкость стекает по стенкам, оставляя чуть заметный, немного масляный след. Вино было хорошим, дорогим, а потому «плакало». Когда-то Лена научила Таганцева обращать внимание на подобные мелочи.

— О Сашке, – повторил Миронов, сделав глоток. – Понятно. В общем-то, можно было ожидать.

— То есть ты в курсе ее проблем? – Таганцев нехорошо прищурился, чувствуя, как внутри закипает злоба.

Неужели Лена права и это Миронов все затеял?

— В курсе, – коротко ответил тот.

— И давно?

— Примерно три недели.

Три недели назад Сашка как раз получила повестку, о которой не сказала даже матери.

— И что? Ты три недели спокойно ждал, пока девчонку распнут? – спросил Таганцев, раздувая ноздри.

— Спокойно. Никто ее не распнет. Ты же в полиции работаешь, понимаешь, что она – мелкая рыбешка, которая никому не интересна, когда идет охота на настоящих акул. Недоимку придется покрыть, и это все. Ей вменяют неуплату НДФЛ физическим лицом в 2020–2022 годах. Ну, максимум штраф добавят, да и то не факт. Вся эта история затеяна совсем не из-за Сашки. Ты это понимаешь, майор?

Косте показалось или в последнем слове звучала издевка? Своими майорскими погонами Таганцев был обязан именно Миронову, и после увольнения с предыдущей должности звания его лишать все-таки не стали. И на том спасибо. Ладно, сейчас не время проявлять мелкую обиду из-за издевательской интонации.

— Я понимаю, – с расстановкой произнес Костя. – И Лена тоже понимает. Скорее всего, Сашка попала в эту уху не случайно, а потому, что кому-то понадобилось подергать за нервные окончания ее мать.

— Да. Оперативник ты хороший. – Кажется, Миронов снова издевался. – Разумеется, так оно и есть и главная цель всей этой шумихи – Лена. Мне это сразу стало понятно, а тебе?

— Не волнуйся, и мне сразу. – Костя аж зубами заскрипел, так ему захотелось впечатать кулак в самодовольное лицо собеседника. – И Лене тоже сразу. Сказывается, знаешь ли, богатый жизненный опыт.

— Это хорошо. – Миронов снова отпил из своего бокала. – Тогда вы, наверное, посчитали расклады и уже выяснили, кому это нужно?

— Посчитали, – согласился Таганцев. – И выяснили. Видишь ли, Виталий, так получается, что никому, кроме тебя, это даром не надо.

На лице Миронова отразилось неверие, сменившееся глубоким изумлением. Он даже бокал на стол отставил.

— Погоди. Ты что, хочешь сказать, что это я затеял всю эту канитель с налоговой? Ты что, серьезно в это веришь?

— Нет, – признался Костя, предпочитавший всегда и во всем держаться правды. – Я не верю. Ты не мог так Лену подставить.

— Если ты не веришь, то кто тогда верит? Лена? Постой, постой. Ты хочешь сказать, что Лена считает, что я заставил налоговиков открыть дело против Сашки? Костя! Что ты молчишь?! Скажи, что я неправильно тебя понял.

— Ты правильно меня понял, – выдержал его взгляд Таганцев.

Вид у Миронова стал совсем больной.

— Костя, этого не может быть. Конечно, я не святой и могу допускать ошибки. Но я всегда в своих действиях исходил только из того, чтобы они шли Лене во благо. Возможно, мы с ней это благо понимаем по-разному. Пусть из-за этого она так серьезно на меня обиделась, что предпочла вычеркнуть из своей жизни. Но считать, что я осознанно и специально причиняю ей вред, она не может. Нет. Невозможно!