Книга Райский плод, страница 86 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Хорошо. Но вы приедете на прием к Марату Казимировичу?

Больше всего на свете мне хотелось никогда больше не видеть доктора Эппельбаума. Однако времени на то, чтобы искать другого врача, у меня нет, да и не срывать же всю с таким трудом и такими жертвами выстроенную оперативную комбинацию. Я погладила свой большой живот и вздохнула.

— Конечно, сегодня же приеду.

Положив трубку, я позвонила Анастасии Лебедкиной.

— Ой, Елена Сергеевна, а куда вы пропали? – радостно защебетала она. – Я уже успела соскучиться. Тут так чудесно, что мне прямо жалко, что вам пришлось уехать.

— Настя, мы же договорились, что ты тоже вернешься в Москву, – с укором сказала я. – Ты разве не понимаешь, что каждый день пребывания в пансионате – это большие деньги?

— Ну и что? – искренне удивилась Лебедкина. – Это же не вы платите, а ваши приемники.

— Приемники?

— Ну да. Тут так приемных родителей называют. Они оплачивают ваше пребывание в пансионате, а я живу в вашем номере бесплатно, и моим приемникам это не стоит ни копейки. По-моему, никто не в накладе.

Кажется, меня только что поставили в патовую ситуацию. И не скажешь же, что мне придется вернуть приемной семье все до копейки. Настя Лебедкина, конечно, хорошая девушка, но нет никакой гарантии, что она меня не выдаст. Нет, так рисковать я не могу.

— Мои приемники платят за меня, а не за тебя, – ответила я строго. – Получается, что мы их обманываем, а это нечестно.

— Ладно, – легко согласилась девушка. – Сегодня уеду. Хотя жалко, конечно. Тут так хорошо.

Только я положила трубку, как телефон зазвонил снова. Я вздрогнула, потому что на экране высветилось имя Тамары Плевакиной. Почти три месяца мне удавалось уклоняться от общения с ней, но мое везение вряд ли могло длиться вечно. Смирившись с неизбежным, я взяла трубку.

— Да, Тамара Тимофеевна. Здравствуйте.

— Леночка, девочка моя, куда ты пропала? – с тревогой в голосе спросила она. – Что-то случилось? Я чем-то тебя обидела? Ты чувствуешь неловкость из-за того, что я позволила себе внести некоторую сумму на твой депозит в клинике? Но мы же договорились, что ты вернешь, когда сможешь. И вообще, это такая мелочь, ты же нам не чужой человек.

От подобного лицемерия меня передернуло.

— Тамара Тимофеевна, разумеется, я верну вам все деньги, – твердо сказала я. – Я не думаю, что вы из-за них волнуетесь, потому что наверняка знаете тот источник, в котором я могу их раздобыть.

Плевакина помолчала.

— Ты сейчас про своего Миронова? – спросила она наконец. – Лена, если ты с ним помиришься, я буду только рада. В конце концов, бескомпромиссность – это не самое хорошее свойство личности. Эта категоричность суждений и непоколебимость взглядов, отношений, принципов и оценок не может быть присуща взрослому и психологически зрелому человеку. Лена, я тебе никогда не говорила, но в основе бескомпромиссности лежит некоторая врожденная ригидность мышления, приводящая к отсутствию гибкости в поведении и реакциях, а также нежелание вести равноправные переговоры и находить взаимовыгодные решения. В работе у тебя эти качества не проявляются, то есть профессиональной деятельности не мешают, но в личной жизни…

Плевакина села на своего любимого конька, недаром она была профессором психологии. В любой другой ситуации я бы с удовольствием воспользовалась ее профессиональным чутьем и опытом, чтобы посоветоваться по поводу Сашки и Фомы, но сейчас я больше не могла ей доверять.