Книга Чужая земля, страница 60 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Разумеется, внимание от коляски с Мишкой было отвлечено. Джаныл повернулась в ту сторону, где располагался искомый бизнес-центр, активно махала руками, указывая направление, все время чувствуя, как коляска утыкается ручкой ей в бедро. Затем женщина сказала «спасибо» и быстро удалилась, причем в сторону, противоположную от указанной. Джаныл же повернулась к коляске, увидела, что она пуста, и тут же заметила быстро убегающего мужчину с ребенком на руках.

— Он сел в какую-то машину, повернул за угол, нырнул во двор?

— В соседний двор. Под арку.

— А женщина?

— Она пошла совсем в другую сторону, по улице. Просто очень быстро. Я потеряла ее из виду, потому что побежала за мужчиной. Я бежала и кричала: «Стой!», «Помогите!», но никто даже не остановился.

Ну да, кто остановится, если по улице с криками бежит мигрантка.

— И что было, когда вы тоже вбежали под арку? Что вы увидели?

— Ничего. Ни мужчины, ни Мишеньки уже там не было. Но из двора выехали две машины, это я успела заметить.

— Марки? Номера?

Джаныл покачала головой.

— Нет. Одна была черная, а другая темно-синяя. Или темно-красная. В сумерках плохо видно было.

— Мама, где Виталий Александрович? – тихонько спросила Сашка у бледной матери.

У той мелко-мелко дрожала щека. Но в застывших глазах нет ни слезинки. Сашка подошла и обняла ее за плечи. Крепко-крепко. Мама потерлась носом о ее плечо. Поблагодарила за поддержку.

— Сказал, что ему нужно съездить в одно место. И чтобы мы сидели дома и ждали его звонка.

— Если Мишку похитили ради выкупа, значит, в самое ближайшее время тебе позвонят, – сказал Таганцев. – Я сейчас попрошу ребят, чтобы поставили твой телефон на прослушку и отследили, откуда будет звонок.

— Какого выкупа, Костя? – вздохнула мама. – Что с меня можно взять?

— С тебя ничего. Особенно если учесть, что процессы ты сейчас не ведешь и ближайшее время не будешь. По крайней мере, можно скинуть со счетов версию, что похищение связано с твоей профессиональной деятельностью. А выкуп можно попросить у Миронова. У него, как мы знаем, деньги есть. Так что похитители это знают тоже.

— Тогда есть смысл ставить на прослушку его телефон, а не мой, – вздохнула мама.

— И его тоже, – согласился Костя. – Хотя мать – более эмоциональна, так что проще воздействовать на Виталия через тебя.

— Слушай, ты, звезда востока, – вдруг обратилась к Джаныл до этого молчавшая Натка. – А ты уверена, что это не дело рук твоих собратьев по аулу? Ты кому рассказывала о том, какая семья тебя приютила? Давай вспоминай, а то я начну думать, что ты с ними заодно.

Джаныл заплакала еще горше.

— Я тут ни при чем. Лена Сергеевна, здоровьем Афтана клянусь. Я никому про вас не говорила. И ребята, которые плитку кладут, они совсем ничего не знают.

— Ничего, кроме того, что люди только что купили квартиру и делают ремонт. Значит, денежки у них есть, – прищурилась Натка.

Джаныл залилась слезами.

— Наташа, перестань, пожалуйста. Ты уже напридумывала сто бочек арестантов, из-за которых задержали ни в чем не повинного человека. Хочешь повторить этот подвиг? – одернул жену Таганцев.

— Ты про Муратбека? Но его же отпустили. Я же не стала писать заявление.

— Отпустили. Под подписку о невыезде. Ты заявление писать не стала, а он чудом не подписал все то, что пытались на него навесить. Мне столько усилий стоило отыграть эту историю назад, да и то еще не до конца. Не хотелось бы повторения. Так что давай спокойно со всем разбираться.