Книга Звезда экрана, страница 108 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Глядя, как он снует между плитой, холодильником и столом, я почувствовала подступающий к горлу ком. Как я буду жить, если снова останусь одна? Да, я справлялась со своей жизнью самостоятельно с совсем юного возраста, когда осталась с грудной Сашкой на руках, да еще и с Наткой, тоже требовавшей моего внимания. Я была готова повторить этот путь спустя двадцать лет, когда забеременела Мишкой. Но за последний год я так расслабилась из-за того, что наконец-то могу опереться на надежное мужское плечо, что лишиться его казалось смерти подобным.

— Ты чего? – спросил меня Миронов, поставив на стол плетенку с хлебом, и внимательно посмотрел мне в лицо. – Что случилось, Лена? Тебя что-то беспокоит? И уже давно. Я же вижу.

Ну, да. Этот мужчина всегда был внимателен ко мне и моим чувствам.

— Виталий, зачем ты летаешь в Калининград? – бухнула я, чувствуя себя так, словно прыгнула в пропасть.

Он смутился, как школьник, застигнутый на месте провинности. Даже покраснел, чего никогда не бывало. Неужели мои подозрения не беспочвенны?

— Калининград? Почему ты спрашиваешь именно про эти поездки? Я много куда летаю.

— Виталий!

Видимо, в моем голосе отразилась вся гамма испытываемых мною чувств, потому что он снова взял меня за плечи и посмотрел в глаза.

— Тебя так сильно это беспокоит? Погоди. Лена, ты думаешь, что я летаю в Калининград, потому что у меня там кто-то есть?

Он вдруг рассмеялся от облегчения. Я ничего не понимала.

— А у тебя там никого и ничего нет?

— Что-то есть. – Он шумно выдохнул, словно с его плеч упала какая-то тяжелая ноша. – Лена, да я даже подумать не мог, что ты в состоянии меня ревновать. Мне всегда казалось, что тебе совершенно все равно, есть я рядом или нет. Улетел, прилетел, проходи, садись. А нет, так и одной хорошо.

— Мне нехорошо одной, – призналась я. – И да, я тебя ревную, хотя это и глупо.

Голос мой упал.

— И вовсе не глупо. То есть я хочу сказать, что меня очень радует твоя ревность, хотя для нее и нет никаких оснований. Лена, Лена. Я просто счастлив. Оказывается, я тебе небезразличен.

Что же это получается? Тамара Тимофеевна была права, когда сказала, что мою тактичность он может воспринимать как холодность и равнодушие? Впрочем, сейчас это было совсем неважно.

— Зачем ты летаешь в Калининград? – требовательно повторила я.

— Затем, что я готовлю там большое торжество по поводу нашей с тобой свадьбы.

— Что?!

— Лена, я хотел сделать тебе предложение в Калининграде, когда мы с тобой тогда отправились туда отмечать Новый год. Мне хотелось сделать это в старинном замке под шум волн. Но не получилось. Мы тогда вынуждены были срочно вернуться, потому что Натка попала в передрягу в Африке, а потом было так много всего, и хорошего, и плохого, что вернуться туда все не получалось. Ты даже сына успела мне родить за это время, а я так и не собрался. И вот решил сделать все по высшему разряду. Хотел пригласить тебя в романтическую поездку, сделать предложение, а потом сразу сыграть свадьбу. Все в том же замке. И чтобы все твои родные и друзья приехали. Это же логистически непросто – собрать всех в одном месте, да еще так, чтобы никто ни о чем не догадался. Вот я и летал туда, чтобы все организовать по высшему разряду.

Предложение? Свадьба? То есть все то время, что я переживала из-за того, что этот мужчина не делает мне предложения, он готовил свадебное торжество? В обстановке полной секретности? Нет, он никогда не перестанет меня удивлять.

— Виталий, – простонала я. – Я же чуть с ума не сошла. А ты все это время готовил мне сюрприз? Предложение на берегу моря.

— Ну да.

Я залилась слезами. Это были слезы счастья и облегчения одновременно. Миронов тут же обнял меня, начал вытирать мои слезы и что-то бессвязно шептать, успокаивая, как ребенка, который упал и больно ушиб коленку. Затем он отстранился на мгновение, испытующе уставился мне в лицо:

— Погоди, я так и не понял. Ты согласна?

— На что? – Я улыбнулась ему сквозь слезы.

— На то, чтобы стать моей женой.

— Нет уж, Виталий Александрович Миронов. Так просто ты не отделаешься, – сказала я торжественно, но не выдержала, потому что лицо его тут же вытянулось и стало несчастным. – Да согласна я, согласна. Только тебе все равно придется повторить свое предложение на берегу моря. Все должно быть по правилам. Пусть ты уже и знаешь ответ. Как в кино. Пусть все будет как в кино. В конце концов, не одна Натка у нас увлекается кинематографом.

— Главное успеть, пока твоя сестра не переключилась на конный спорт, – с облегчением подхватил Миронов. – Предложение на скачущем коне я сделать не рискну.

Конец