Книга Звезда экрана, страница 57 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Я не переживала, потому что Виталий прекрасный отец. С Мишкой они замечательно ладят, так что, перекидывая ворох своих дел и расчищая вторник, я была совершенно спокойна. Завтра мой Миронов улетит в командировку в Калининград, а потому я заранее отпросилась на вторник у председателя нашего суда Плевакина и взяла день за свой счет. Судебное заседание у меня было запланировано только одно, и его перенесли на другую дату, а накопившиеся бумажные дела я взяла домой, чтобы поработать днем, пока Мишка спит. Так что вторник тоже прошел без эксцессов.

— Анна, вы придете завтра? – с таким вопросом я позвонила нашей няне днем. – Как вы себя чувствуете?

— Ой, Елена Сергеевна, я не смогу прийти, – расстроенно сказала няня. – У меня осложнение на легкие пошло. Врачи вообще пневмонию подозревают, так что до конца недели я точно на работу выйти не смогу. Простите меня, пожалуйста. Я понимаю, что вас подвела.

— Да что вы, Аня. Как вы можете так говорить. Можно подумать, вы специально заболели. Поправляйтесь, пожалуйста. Может быть, вам что-нибудь нужно? Я могу попросить мужа, чтобы он договорился показать вас хорошему врачу. У него много знакомых.

— Нет, спасибо. Все в порядке.

Я положила трубку, в очередной раз задумавшись над тем, что все чаще машинально называю Миронова мужем. Меня начинало смущать, что Виталий не делает мне официальное предложение. Да, мы жили вместе как муж и жена, причем уже довольно давно. У нас есть общий ребенок, и вот уже полгода как Миронов официально совершенно свободен после развода со своей первой женой Варварой. И тем не менее разговоров о штампе в паспорте он не заводил.

Еще год назад я бы ни за что не поверила, что это обстоятельство будет меня расстраивать. Я страшилась замужества, посколько никогда не была в официальном браке. Он мне казался чем-то вроде клетки или капкана, попав в который уже не вырвешься без потерь. Но, глядя на сестру, невольно поменяла свою точку зрения. Натка, которая тоже всегда была вольной птицей и легко порхала с ветки на ветку, оказалась прекрасной женой своему Таганцеву.

Более того, рядом с Костей она необычайно расцвела и словно внутренне успокоилась, хотя все еще была способна выкидывать коленца. Взять хотя бы последнюю ее блажь с пристройством дочки Насти в кино. Для начала она всем строго-настрого велела называть девочку новым именем, к которому никто из нас пока так и не мог привыкнуть. Затем выяснилось, что на одну из существенных ролей в киносериале неожиданно взяли моего племянника Сеньку, в то время как Настя осталась не у дел. Но и это не остановило Натку, которая заверила, что все равно добьется, чтобы кинокарьера Насти пошла в гору.

Впрочем, сейчас важно не упорство моей сестрицы в достижении целей, а то, что Натке комфортно в роли жены и матери двоих детей. И почему-то с каждым днем я все больше ей завидовала. Белой завистью, разумеется.

И о чем я только думаю, когда мне завтра не с кем оставить ребенка? Спохватившись, я быстро начала оценивать масштабы неожиданной катастрофы. Виталий вернется из Калининграда только к вечеру, а у меня завтра два важных заседания, которые я не могу перенести. Да и нет у меня законных оснований не выходить на работу. На один день отпросилась, но нельзя же пользоваться расположением Плевакина постоянно.