Книга Наследники, страница 105 – Павел Астахов

«Если бы так можно было телефон достать», – подумал он, уныло глядя вниз с высоты одиннадцатого этажа.

В любом случае что-то нужно делать, сидеть сложа руки было невыносимо. Может, наладить контакт с соседями?

Пока Сацивин раздумывал, в дверь неожиданно позвонили. Он вздрогнул, машинально глянув на часы. Начало десятого вечера. Интересно, кому он понадобился в такое время?

Звонок раздался еще раз, и Руслан с неохотой отправился в прихожую.

— Кто? – спросил он, приникнув к смотровому глазку. У двери стоял полицейский с большой спортивной сумкой в руке и, как показалось Сацивину, пристально смотрел прямо на него.

— Сацивин Руслан Валерьевич? – спросил полицейский.

— Да, это я.

— Лейтенант Орефьев, проверка условий нахождения подследственного под домашним арестом, – заученно проговорил тот, и Руслан, вздохнув, открыл дверь.

— Привет, – улыбнулся полицейский и проворно зашел внутрь.

Сацивин удивленно смотрел на мужчину, взгляд его остановился на сумке (зачем она полицейскому?!), после чего опустился на джинсы, которые были на незнакомце.

— Вы… – промямлил он, начиная пятиться назад. – В прошлый раз был другой… наш участковый… Вы не полицейский!

Руслан недоговорил, с нарастающим страхом глядя, как нежданный гость скинул головной убор, китель и небрежно бросил их на сумку. Теперь взор Сацивина был прикован к наплечной кобуре фальшивого полицейского.

— Кто вы? – выдавил Сацивин.

— Твоя судьба, – усмехнулся незнакомец. Привычно-выверенным движением он вынул пистолет из кобуры и приказал:

— Лист бумаги и ручку. Быстро! – прикрикнул он, видя, что Руслан колеблется. Однако матово блеснувший ствол оружия вывел Сацивина из заторможенного состояния.

— Карандаш есть, – дрогнувшим голосом произнес он. – Что… – он сглотнул, – что вы хотите делать? Я ничего не нарушил!

— Бумагу и карандаш, тупица! – рявкнул «полицейский», делая шаг вперед.

Спотыкаясь, Руслан трясущимися руками схватил с комода блокнот, вырвал листок, подхватил карандаш и уставился на киллера послушными глазами.

— В спальню, – приказал незнакомец.

В сознании Руслана начала зарождаться мысль о чудовищных последствиях визита этого жуткого человека, но сейчас он был настолько парализован ужасом, что покорно выполнял указания, как запрограммированный робот.

— Пожалуйста, я ни в чем не виноват, – пискнул он, оказавшись в спальне. Его пальцы тряслись так, что он непроизвольно смял листок.

— Пиши, – сказал «полицейский».

— Что? – глупо спросил Руслан.

— Как твою жену зовут?

— Лида, – с готовностью ответил Сацивин, и на мгновение у него затеплилась робкая надежда.

— Пиши: «Лида, прости. Я тебя люблю».

Руслан всхлипнул.

— Я ее правда очень люблю, – прошептал он.

«Полицейский» понимающе кивнул.

— Хорошо. Напиши: «Я тебя очень люблю», – великодушно разрешил он.

— Зачем?

В глазах Сацивина начали скапливаться слезы.

Киллер прислонил пистолет к виску трясущегося толстяка:

— Потому что в этой комнате только у меня есть право приказывать, – снисходительно объяснил он, снимая пистолет с предохранителя. Напуганный до смерти Руслан склонился над трельяжем и принялся торопливо писать.

Когда все было готово, он трусливо повернулся, листок ходил ходуном в его руках. Слезы капали прямо на бумагу.

— Вы… вы не убьете меня?