Онлайн книга «Наследники»
|
Сергей Михайлович медлил с ответом, воинственный настрой ветерана быстро угасал. — Я не знаю. — Ладно, допустим, суд выслушает вас. Ваши слова против моих документов, – произнес Артем, для примера подняв в воздух листок с описанием коллекций Протасова. – Официальное завещание, заверенное в установленном порядке нотариусом. При свидетелях, заметьте. Все по закону. Суриков обмяк, потупив взор. — Нотариуса подкупили. — У вас есть доказательства? – все так же спокойно спросил Павлов. – Вы записывали разговор о передаче взятки? Видели лично, как нотариус договаривался с мошенниками? Ветеран долго молчал, затем нехотя проговорил: — Нет. — Подводим итог. У вас, уважаемый Сергей Михайлович, только слова. У меня – железобетонный аргумент в виде официальных документов. И при желании – куча свидетелей. Кому поверит следователь? Сурик сидел, угрюмо насупившись. — Я вам скажу больше. После этой встречи Сацивин еще подаст на вас жалобу за клевету, и у него, при подобном раскладе, будут все шансы выиграть этот иск. Тогда уже против вас будет возбуждено уголовное дело со всеми вытекающими последствиями. Вам придется приносить Сацивину с Коржиной публичные извинения, да еще нести предусмотренное соответствующей статьей наказание! — Хорошо, что лично вы предлагаете? – окончательно сдался Суриков. – Ведь вы – знаменитость в юриспруденции! Выигрывали такие знаковые процессы! — Господа, пожалуйста, перестаньте ссориться, не хватало еще этого, – взмолилась Бэлла Альбертовна. — Никто не ссорится. Мне понятны чувства Сергея Михайловича, – дружелюбно сказал адвокат. – И я даже рад его эмоциональному выпаду. Лучше высказать все сейчас, нежели держать негатив внутри себя. Но, к сожалению, на голом энтузиазме далеко не уедешь. Давайте лучше перейдем к делу. Бэлла Альбертовна, вы приготовили то, о чем я вас просил? — Разумеется. Протасова торопливо вышла из комнаты и вскоре вернулась, держа в руках стопку листов. — Вот… это копия выписки из медицинской карты Андрея, – пояснила она. – Вы спрашивали, где он был 16 сентября прошлого года. Так вот, в период с 10 по 28 сентября он находился в госпитале на лечении. А это – образцы его подписей. Я сняла копии и отметила каждый лист датой. Как вы и просили. — Значит, 16 сентября ваш супруг был в больнице? – переспросил Артем. Получив утвердительный ответ, он задал очередной вопрос: — Вы понимаете, что это значит? Это официально доказывает, что Андрей Васильевич никакого завещания в этот день не оформлял. Скорее всего, у нотариуса был другой человек, который выдавал себя за Протасова. Ведь если бы его куда-то вывозили из больницы, наверняка об этом стало бы известно! — О господи… – Губы вдовы мелко-мелко затряслись, словно она была готова разрыдаться. — Я заберу все бумаги с собой, – решил Павлов. – Бэлла Альбертовна, насчет дальнейших контактов с Сацивиным и Коржиной вы поняли? Если вдруг кто-то из них сам выйдет на вас, отправляйте ко мне. Чтобы к этой теме мы с вами больше не возвращались. — Конечно. Артемий, я все хотела прояснить один момент. Те люди, которых мы с Мариной видели у нотариуса в день оглашения завещания… Мы никогда их раньше не видели. Вдруг они тоже будут претендовать на наследство?! — Я навел справки. Это представители тех самых организаций, в пользу которых было отписано имущество согласно так называемому «завещанию» – Фонд реабилитации людей с ограниченными возможностями и Центр паллиативной помощи онкологическим больным. Не сомневаюсь, что у Сацивина с Коржиной свои интересы с этими конторами, которые я также намереваюсь проверить. |