Книга Судья. Тайная сторона правосудия, страница 90 – Павел Астахов

— Подонок! – заявил судья, чувствуя, как из его глотки рвется гневный крик. – Что ты наделал?! Зачем?!

— Я еще ничего не делал, – сказал этот тип и глумливо усмехнулся. – Представление только начинается. Зрители могут занять свои места согласно купленным билетам.

— Она жива? Галя! – закричал Романов, теряя самообладание.

— Жива, жива. Пока что. – Маньяк наклонился над судьей, помахивая перед его лицом молотком для убедительности, и тихо сказал: – А ты немедленно закрой пасть. Будешь шуметь, вышибу все зубы. Вам обоим. И тебе, и ей.

Романов с ненавистью глянул на этого безумца.

— Что вам надо? Денег? Забирайте все, что хотите, – с усилием проговорил он. – Только не убивайте нас.

На худом, небритом лице зазмеилась зловещая ухмылка.

— Откупиться хочешь, судья? Это ты зря. Ничего не получится. Мне от тебя не нужны ни деньги, ни шмотки. Не купишь!

Внезапно Романова осенило.

— Там, в СИЗО, посылка с мылом и страницами из закона… – спотыкаясь на каждом слове, проговорил он. – Это ведь ваших рук дело?

— А ты только сейчас начинаешь въезжать, что к чему, да, уважаемый Олег Степанович?

— Мы знакомы? – осторожно спросил судья.

— Конечно, – последовал ответ. – В последний раз мы виделись лет восемь назад, на приговоре. – Маньяк почесал затылок и продолжил: – Признаюсь, у меня было непреодолимое желание встретиться с тобой пораньше. Равно как и с моим адвокатом, и со следаком. Но увы и ах. Восемь лет, которые ты мне отмерил, лишили меня этой возможности.

Пока он разглагольствовал, Романов лихорадочно рылся в закоулках памяти, пытался вспомнить обстоятельства судебного дела с этим психопатом. Однако, как назло, сознание выщелкивало лишь пустые, выцветшие кадры, которые не имели ничего общего с данным сумасшедшим типом.

— Однако не зря люди говорят, что если что-то очень сильно захотеть, то это желание обязательно сбудется. Мысль, говорят, материальна? – продолжал бубнить маньяк. – Сам видишь, так оно и вышло. Наконец-то наше свидание состоялось. – Он замолчал, подошел к Галине Николаевне, которая все еще находилась в бесчувственном состоянии, и с сочувственным видом погладил ее по голове.

Почему-то именно этот жест вызвал у Романова глухую, совершенно звериную ярость.

«Дай мне только освободиться!» – подумал он, скрипнув зубами.

Между тем безумец как ни в чем не бывало плюхнулся на диван, подхватил со стола матерчатый сверток. Насвистывая под нос незатейливую мелодию, он развернул его, извлек наружу громадный столовый нож. На широком лезвии тут же заиграли отблески света, излучаемые люстрой.

Романов похолодел.

«Он зарежет нас и даже не поморщится», – промелькнула у него жуткая мысль.

— Я специально купил три ножа, – сказал психопат, завороженно глядя на острое лезвие. – Два из них уже выполнили свою работу. Сегодня пришла очередь третьего.

— Если у вас есть личные счеты со мной, то я в вашей власти, – сказал Романов. – Зачем впутывать в это мою жену? Отпустите ее.

Безумец покачал головой.

— Не пойдет, судья, – обронил он. – Зуб за зуб. Ты ведь тоже забрал у меня жену. Пускай ты лично не убил ее, но из-за твоего срока она ушла от меня, забрала сына.

— Да объясните же наконец, кто вы такой, – настаивал Романов. – Откровенно говоря, я ничего не понимаю.

— Я и не рассчитывал, что ты меня узнаешь. Конечно, куда там. Мы для вас расходный материал, фишки в настольной игре, все одинаковые. Позабавился и в корзину, – маньяк замолчал, глянул куда-то в сторону.