Книга Чудо на войне. В окопах атеистов нет, страница 133 – Павел Астахов

После смерти отца в 1093 году Владимир Мономах мог по праву занять его место на престоле Киева, но отдал княжение своему двоюродному брату Святополку, дабы избежать очередной волны усобиц между родичами. Он глубоко чтил страстотерпцев Бориса и Глеба (братьев своего деда Ярослава Мудрого) и, следуя их примеру, не хотел проливать братскую кровь, хотя по своим политическим талантам явно превосходил Святополка, да и народ видел в нем защиту и опору всей Руси.

Из-за постоянной угрозы со стороны половецких племен Владимир Мономах долгие годы убеждал остальных русских князей объединиться, чтобы дать достойный отпор врагу. Наконец в 1103 году переговоры почти увенчались успехом, но заартачился Киевский князь Святополк, сказав, что для похода придется отбирать лошадей у землепашцев, да и самих крестьян-смердов срывать с земли, а он не желает этого. Тогда с места поднялся князь Владимир и ответил: «Дивлюсь я, дружина, что лошадей жалеете, на которых пашут! А почему не подумаете о том, что вот начнет пахать смерд и, приехав, половчин застрелит его из лука, а лошадь его возьмет, а в село его приехав, возьмет жену его и детей его и все его имущество? Так лошади вам жаль, а самого смерда не жаль».

Князья признали правоту его слов и в том же году организовали первый большой поход против половцев, который увенчался полным успехом. Раньше русичи лишь отсиживались в обороне, а тут ударили на опережение и сумели на несколько лет отвадить врагов от своих земель.

Позднее, в 1111 году, русское войско под предводительством Владимира Мономаха опять выступило против половцев, причем на сей раз это была не просто военная кампания, а настоящий «крестовый» поход, так как перед войском несли хоругви, кресты и иконы, а перед каждым сражением служились молебны. В марте того же года состоялась битва при реке Сольница, где основные вражеские войска были на голову разгромлены русскими ратниками. После этого половцы уже не смогли совершать такие масштабные набеги на Русь, как раньше, ограничившись лишь небольшими вылазками. А князь Владимир вписал себя в историю как умелый полководец и стал самым почитаемым князем в русских землях.

Когда через два года скончался князь Святополк, киевляне во главе с митрополитом Никифором и боярами послали гонцов к Владимиру Мономаху с просьбой занять Киевский престол, так как в столице начались мятежные волнения. Он поначалу отказался, не желая стать причиной новой вражды между князьями, но тогда получил совсем уж отчаянное воззвание: «Пойди, князь, в Киев; если же не пойдешь, то знай, что много зла произойдет, это не только Путятин двор, или сотских, или евреев пограбят, а еще нападут… на бояр и на монастыри, и будешь ты ответ держать, князь, если разграбят и монастыри»^[51].

Тут уж делать было нечего, так что в апреле 1113 года Владимир Мономах вместе со своей верной дружиной въехал в Киев, и все мятежи прекратились. Великому князю тогда исполнилось уже шестьдесят, но еще целых двенадцать лет он мудро правил всеми доставшимися ему во владение землями.

Христианские ценности никогда не были для Владимира пустым звуком. Даже вступая в вынужденные конфликты с некоторыми родичами, которые не гнушались осквернять себя союзом с половцами, князь старался в письмах уговорить их закончить враждовать, более того, даже сам каялся перед ними в совершенных грехах. И всегда призывал к миру и братолюбию. Митрополит Никифор в своих посланиях к Владимиру (к счастью, сохраненных для нас историей) не раз хвалил его за непритязательность и воздержание в личной жизни: устраивая богатые пиры для своей дружины, сам Владимир садился в стороне и ел очень мало, помимо этого в обычной жизни он предпочитал носить скромную, простую одежду, лишь по княжьей необходимости переодеваясь в богатое облачение.