Онлайн книга «Чудо на войне. В окопах атеистов нет»
|
— Надо же писать за кого, то есть в этом, в родительном падеже, вот. Ну, стало быть: «Об упокоении Натальи». Так правильно. — Ага. Так правильно, – эхом откликнулся совсем утихомирившийся после молитвы Федор. Он похлопал себя по карману и вытянул еще две желто-коричневые бумажки по сто рублей с крупным изображением того самого ненавистного отцу Сергию вождя пролетариата В. И. Ленина. — Держи, батя, это на поминовение моей мамы. Молитесь, поминайте. А меня, как говорится, не поминайте… ну, в смысле не поминайте лихом. – Он почему-то покраснел и опять сунул деньги Виталию. — Спаси, Господи, вас, уважаемый Федор, – поклонился гостю юноша. – Простите, а вот вы вначале говорили про кого-то, кому руку повредили… это тоже про маму? – неожиданно припомнил Виталий и сам удивился, почему вдруг спросил. — А-а-а. Это про Надю… Я, понимаешь, люблю ее с детства. Учились мы вместе, но она на меня тогда и не смотрела. Считала, что я обалдуй и шалопай. А я может потому и был шалопай, что хотел ее внимание привлечь. Сейчас вот я приехал и встретил ее. А она, оказывается, все это время одна. Нет у нее ни мужа, ни семьи, ни детей. Так я и говорю: «Иди за меня, не обижу!» А она опасается. Но я ж другой стал. А теперь вот, после разговора с тобой, вообще другой. Ну в смысле еще надежнее и лучше стану. Спасибо тебе, отец. Прощай! Федор резко развернулся и зашагал из храма в холодную неприветливую тьму. Виталий еще стоял и смотрел ему вслед, когда он уже исчез в дверях, а потом затихли и его шаги снаружи. Он думал об этом странном ночном госте. Затем парень достал все деньги, отданные этой тревожной ночью ему в руки, и прошептал: — Семьсот рублей. Семьсот… После ухода незваного гостя Виталий закрыл поплотнее дверь храма и задвинул для надежности засов. Долго ходил по церкви. Несколько раз пересчитал деньги. Затем убрал их глубоко во внутренний карман куртки. Присел на лавку, закрыл глаза и задремал. Ему снился сон о том, как он вырос и стал священником и в воскресный светлый праздничный день он ведет Божественную литургию в храме Архистратига Михаила, не в этом историческом, а в каком-то новом, и обращается к своим прихожанам, стоя возле огромной светлой и красивой иконы «Покрова Пресвятой Богородицы». Он ведет службу, говорит что-то, а Пресвятая улыбается и вроде как головой кивает, дескать, все верно, правильно… И тут на самом интересном месте его разбудил громкий стук в дверь и крики: — Виталька!!! Открывай!!! Ты где?? Парень вскочил и бросился к дверям. Вытащил засов и распахнул двери навстречу рассерженному отцу Сергию. Тот с порога начал его отчитывать: — Что ж ты спишь-то?! Посмотри на часы! Виталий, как нехорошо. Всё на свете ты проспал. Мы тут уж минут двадцать стучим, кричим, а ты заперся и спишь. Ай-ай-ай! Нехорошо, сын мой. Нехорошо. — Простите, батюшка. Ночью мне вообще не до сна было, я только вот час назад задремал… — Ладно, некогда мне сейчас. Хорошо, что все в порядке, как я погляжу. – Отец Сергий оглядел храм, по ходу поправляя фитильки в лампадах и отдавая указания матушке Евгении, которая молча семенила за ним: – Долей, матушка, маслица. И давай книгу расходов принеси. Посмотрим, что там у нас с платежами строителям. Приедут сейчас с утра деньги требовать. Охо-хо, грехи наши тяжкие. Что делать, не знаю даже… |