Книга Чудо на войне. В окопах атеистов нет, страница 59 – Павел Астахов

Андрей же пережил клиническую смерть. Вот как он описал это состояние: «Меня как бы вверх утянуло, я находился в тоннеле. Думал, это от взрыва, но это было не от него. Я оказался в тоннеле, света я не видел. Тоннель был темный, как шахта лифта, и был сквозняк. Меня будто вверх понесло, и я летел куда-то в этом тоннеле темном. Потом был звук закрытия металлических ворот, то есть будто со скрипом затворились ставни какие-то. И тут я очнулся. Очнулся под кирпичами, под стенкой, которая меня засыпала. Времени прошло, наверное, часа полтора. Все это время я был без сознания».

Придя в себя, Андрей кое-как сам себя откопал и смог подняться на ноги. Он был весь изранен, шла кровь, голова практически не соображала. Однако на шее по-прежнему висел серебряный крестик, с которым Андрей никогда не расставался…

Обстрел все еще продолжался, и все же боец решил потихонечку добираться до врачей, которые располагались неподалеку.

«Состояние у меня было тяжелое, – вспоминает он. – На мне были средства защиты, шлем и бронежилет. Если бы не они, я бы не выжил. Даже в шлеме армейском у меня случился перелом лобных костей, а если бы шлема не было, даже разговора у нас бы сейчас не было. А благодаря бронежилету у меня все жизненно важные органы остались целы. Я осознавал, что мне надо выбраться. Из-за своей семьи, из-за своих близких, ведь меня дома ждали родные, дети… И я снял бронежилет, который несколько килограммов весил, и добрался до медиков».

Когда наконец все стихло, группа, выполняя приказ, отправилась на усиление позиций в опорный пункт, располагавшийся в лесополосе. А врачи, осмотрев Андрея, посадили его на БМП и с помощью других наших бойцов вывезли с линии боевого соприкосновения.

Двенадцать километров Андрей проехал снаружи бронетранспортера. Была зима, февраль, на дворе стоял приличный мороз. Он лежал на БМП, держась за металлическую скобу, и очень хотел выжить.

После долгого пути Андрей попал в реанимацию донецкой больницы, в нейрохирургию. Там его уже проверили целиком, обнаружили контузию, осколочные ранения, переломы, в том числе перелом лобной кости. Было даже подозрение на перелом шейных позвонков, но, слава Богу, они оказались целы. Однако состояние все равно оставалось очень тяжелым. У Андрея случился своего рода инсульт – врачи заметили изменения в долях мозга, мозжечок был ненормально увеличен.

И вот уже пятый месяц Андрей находится на лечении. Ему пришлось заново учиться ходить. Сначала он передвигался с помощью ходунков, потом с палочкой, а сейчас уже, слава Богу, может и без нее. Постепенно организм приходит в норму.

Все, что с ним произошло, и свое чудесное спасение Андрей считает Промыслом Божиим.

«На войне атеистов нет, – говорит он. – Каждый в душе понимает, что человек – это не просто организм. Что есть душа, есть мир, куда она потом попадает. Поэтому я обращаюсь в душе к Господу, молюсь. И каждый в душе или в открытую молится.

Во всем есть Промысл Божий. Наверное, не время мне было уйти из этого мира. У меня жена, двое детей, они меня ждут. Поэтому я очнулся, смог добраться до своих. Это чудо. Чудо, что я остался жив, вернулся, сейчас нахожусь со своей семьей. Выздоравливаю, иду на поправку. Это Промысл Божий. И, я думаю, еще это любовь моей семьи, моей жены, детей – она помогла мне выбраться из этой ситуации. Я смог выжить и живу ради них. Находясь там, я четко осознавал, что мне надо добраться домой, что я не хочу покидать этот мир еще.